Саша Силкин (berlinguide) wrote,
Саша Силкин
berlinguide

Categories:

Милости божии

Раньше я думал, что предел травы - это метарефлексия, то есть, ты думаешь, сгибаясь в три погибели "Это пиздец, Саша, это пиздец, этого не бывает, но прошло" - и так раз двести ситуация и мысль в час, точно повторяется как первый раз, каждый предыдущий осознаёшь всё свежее, чем предпредыдущий.

Потом я думал: нет, предел травы - это когда звучит любимая мелодия, очень-очень чётко звучит её ритм, потом ты оказываешься певицей этой песни, ты, оказывается, смеялся до боли в щеках или же лицо залито слезами - ты плакал, а кто-то при этом читает мои любимые стихи (Анны Горенко, то есть, Карпа) - а оказывается, нет никакой музыки, а тебя просто ритмично ебут, приговаривая одну и ту же фразу, а никакие не стихи, типа "Это пиздец, это предел, а не жопа у тебя".

Но чтобы каждый раз разрывалась атомная бомба под музыку "И мой сурок со мною"- это страшно!!!

Прикиньте себе оргазм, рудящийся бесконечными туннелями (времени), мотыляясь по ним кончить нет никакой возможности, и это безбожно жестоко, этот выматывающий оргазм. Потом сознание взрывается, в тебе ничего больше нет, ну вообще ничего. Эта бомба рванула, были и смех и слёзы, мы как скелеты фоток Хиросимы воздели зачем-то руки (наши руки).

А потом - да, похуй, что было потом, слово или просто что-то там, Белла Чао какая-нибудь, а скорее пустота алчная, безумная, - трава пульсирует в тебе тобой, кровь пульсирует во лбу, в носу, в пенисе, в животе, в яйцах, в ушах, в глазах темнеет, нет сначала ничего кроме крови в этом возвращении в реальное тело, и кроме этого кровеощущения, что ты комок сосудов, потом волокон, потом нейронов, всё скрипит или поёт, - так растворяется твой невероятный оргазм (возможно, ты даже и кончаешь, но сам ты этого не знаешь, ты уже не ты после "взрыва", он раскрошил твою личность и в оргазм и во всё) - и это ты, ты, ты - ты возвращаешься к жизни через такую кровепроверку твоего тела, ещё шесть минут назад слушав Анну Горенко, ты был ей, да господи я и есть она, ты пишешь стихи, ты она и есть и была, но всё это неправда - это всё всего лишь всё о том, как тебя именно сейчас ебут в жопу, приговаривая ритмичные фразы и играет любимая музыка, и ты думаешь, что всё это безумие событий и долгая временная цепочка - ты думаешь, что это была просто мелодия - в то время как тебя капитально ебли и ты ёб. Просто это была музыка. Или наоборот, то есть, тебя ебли - нет, это была именно музыка, а тебя и ебать могли (что уже нерелевантно, или наоборот).




одна похожа на тебя но недостаточно
немного вяло уныло
видимо умнее
явления архитектуры тебе сродни
когда случается такое: расстояние
между словами точно
приходится на знак среди домов
и в каждом есть и эр
и а
и крыша
а в окнах несколько нарочитые стекла
и полицейские над городом кружатся
плохое кино объясняет что с тобой делать
бог с тобою не надо
куда там

---

шведская датская лодка гуляет во тьме
черная бабочка рядом со мной на стене
знай я носящихся лодок боюсь и огня
бабочек справа и слева и возле меня

жизнь обернулась как слабый исколотый миф
черные бабочки грудью садятся на риф
и как в янтарь неизбежно врастают в коралл
ты не спасешь меня ты это сразу сказал

выйдешь на улицу лодка несется смеясь
веслами врозь на ладонях поющая грязь
дома вся тьма или гости с железом в руках
демоны воют в зеленых зачумленных рвах



---

я приду в одежде рахат лукума
выпросить а чем пагубна моя надежда
растаять в приторной горечи каракума
вкус моей плоти ясен птице сладкоежке
семивороне и белоснежке
чудна чернеет когда стемнеет
ленточка почетного легиона
в углу моего рта
где пустота


***
Мы могли бы жить на малой садовой
и деревянный пол непересказуем
я люблю тебя Скажи мне другое слово
недоступное легким деснам и поцелуям

***
Жжет и лижет язык королевская шкура шмеля
теперь мне снится покорность теперь
податливая мне уступает дверь
из-за которой доносится речь твоя

лжет и слышит меня осязаема тень твоя
тяжела и нежна и колеблема влагой сна
подаваема ею сама и одна она
на расстеленной шкуре поверженного шмеля

и вот на роскошь души извращенность мою возьмет
кто-нибудь и золото чудных плеч
но не ты ли будешь держать предо мною речь
о смерти шмеля о пуле прервавшей его полет?

***
они в саду играют марш
давай играть в войну
ты будешь мой отец погиб а я тебе рыдать
теперь они играют вальс
а ты и я разврат
теперь ты мой хороший брат а я с тобою спать
затем они сыграют что
но мы давно ушли
здесь звезды страшные горят у них глаза внутри

***
Тело за мною ходило тело
Ело маковый мед
А теперь довольно, мне надоело
Я во власти других забот

***
Страсть достигая уст
душит
живую
речь
Город позорно пуст,
негде с тобою
лечь…
Tags: стихи, трава
Subscribe

  • Дорогие товарищи!

    Классное начало у фильма Кончаловского "Дорогие товарищи!", ход сразу в дамки: мать-сталинистка просыпается с утра в постели с каким-то мужиком,…

  • Вот бы увидеть Москву как она есть

    Когда смотрю российские фильмы, то нахожу Москву и другие города очень уж в изменённом виде, перевоплощёнными в какой-то канон, испытываю…

  • Кассаветис

    Всё мерзкое, вынужденное, тягомотно длящееся Кассаветис показывает с дотошными подробностями, медленно, в режиме реального времени, так подробно и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments