Саша Силкин (berlinguide) wrote,
Саша Силкин
berlinguide

Category:

любовь. детство

Как я ехал от универа-кафедры домой.

Ехать нужно через мост, а мост уводит дальше, к окраинам, к Учхозу. Маршрутка сворачивает на Левый берег, но мост обозначается как продлевающийся туда. Но на Левый берег – прямо – садись и едь от универа.

Да-да, там мы первый раз с Ю. говорили, это был второй курс универа, совсем ведь недавно, получается. Я так любил Ю. (Где-то есть в моих июньских или июльских постингах её фотография). Я приглашал её тогда, когда дома не было моей тётки или ночью. Она тогда (моя тётка, ночами, ходила, молодуха-несчастнуха, одинокая бабёнка, по периметру с ружьём, сторожем работала) работала охранником на радиозаводе им. Попова (сейчас там же, но мастером цеха по выпуску деталей с оч. дурацким наименованием, может и не дурацким - НГЦ2056009-76, как записано в справке).

Ну да, c Ю. это был секс, но это так интересно и так неважно. Например, однажды я с девяти вечера просил у неё именно секс, уже в постели (а сейчас это неважно, кстати, и ей, моей Ю., видны эти записи), а секс был только в десять утра, потому что а) она была честная девушка; б) лесбиянка; в) глубоко уважаемый мной человек для того чтобы я мы занимались сексом просто так, запригласив её посмотреть на поэтику Учхоза; г) умная женщина, чтобы довести своего "парня" до того, чтобы с него текла сперма (или - "куперова жидкость" течёт от возбуждения?) просто так, в первый раз; д) изумительная женщина, пившая постоянно какие-то, и очень дорогие, вина, типа "Paul Masson", "Fragrance", когда я никогда ничего не пил. Когда я трахал её утром, я ничего и не понял, просто "сбросил напряжение", и это неважно, а мы пошли пить чай, и она сказала, что апельсины (в хол-ке тётки были только апельсины, это было начало декабря - - - -- - - -- знаете, я вспомнил сегодняшнюю смерть Сьюзен Зонтаг, к которой по миропониманию Ю. очень близка) не очень вкусны и пошли погуляем, в этот роскошный тихий заоконный парк (вы даже меня изв., у меня нет фотографий, как и всего ценного отфотографированного жизни, к тому же: парк там действительно изумителен, там никто никогда не гуляет, потому что все утром уходят), она всегда предпочитала чему-либо роскошь и внесиюминутность-внеопределённость. Больше мы ни разу и не трахались, не хотелось, потому что было слишком хорошо и без. Вы можете в это верить, вы - мне?

Учхоз. Когда ехал домой, думал:
Праздники. Когда там были. Подарок с конфетами и хлопушкой. И меня моя тётка, которой было до 16-ти, отправляла спать. В комнату, в окна которой были видны окна противоположного берега, где, чем ближе к 12-ти, помню, всё больше загоралось к Нов. Году квартир. Красиво. Берега. И я смотрел на это, уставившись в ноги (это окно было если уставиться в ноги). А наверху перед глазами в темноте были веники, букеты засохших трав, которые стояли чего-то обозначая. Меня отправляли в эту комнату, а я лежал и думал, кто сейчас хочет спать с моей тёткой, и первый год, когда приезжал на зимние каниккулы, и второй. А я её очень любил. Я однажды поцеловал её взасос, а она отпрянула и со смехом спросила "кто тебя научил так?". Я сказал, что видел такое в кино, семь мне, кажется, лет было. А в эти каникулы я лежал и просто мастурбировал, слушая милые речи её парней (часто говоримое слово "ебать", "ебаться"), обращённые к её девственности и к тому, что почему бы не вытурить племянника погулять или в другую комнату. Самые лучшие мои воспоминания об НГ - как я лежу и мастурбирую, глядя на прекрасные огни за окном и веники на антресолях.

Выходил я обычно с деланно сонным лицом, уже кончив, спрашивая, а можно ли мне посидеть со взрослыми.
Мы ели вкусные салаты и хлопали хлопушки, шёл телевизор, пока я не забывал, что было в тёмной прекрасной комнате немного назад.

Потом шли кататься на коньках на Омку.

Два ночи. Я смеялся. Её юноши учили меня кататься. И её. Р е в н о с т ь . Она была такая красивая. И тогда у неё было каре, и неоплывшее лицо. Я думал: смерть. В смысле, что неужели и к ней будет, и какой мрачный праздник. А мне всего восемь лет и я так её люблю. И там так всегда стучали поезда за окном - это, почему-то, важно, и сейчас. Я и до сих пор её люблю, и не хочу видеть теперь, всё ещё, потому что помню другой.

* Ну да, "ебаться" было запретное и мгновенно возбуждающее слово.

Тихий заоконный парк- это самое важное.
Tags: Учхоз, Ю.В., детство, любовь, парни, праздник
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments