March 2nd, 2005

борьба с короновирусом

Чаня

В три ночи я проснулся без мыслей, без единой, просто пустота, очень уставший именно от этого. Такая укоризна пустоты, места просто невозможно найти себе. Странно, такой хороший день был. Разве что я только очень устал, и так ничего решительного и не придумал. Было бы что-то снотворное, хоть корвалола немного - непременно выпил бы, прямо жажда до этого сразу почувствовалась, хотя уже давно-давно я такое не употребляю. Вколол ампулу супрастина, стало пьяно и тепло в голове, только как-то так, что состредоточиться можно только очень точечно.

Вспомнил, как жил у меня пёс В.П., наркоманская собачина, Чанечка (Чаня, Чаронг Тарампарам Чего-то там Сноуфилд, очень породистый англ. спаниэль), иногда спать ложился только тогда, когда его кололи седуксеном. Но седуксен быстро кончился после месяца его проживания у нас. Кололи корвалолом ещё неделю. Потом он убежал за бабушкой, почуяв родственную, как говорится, душу, и они запились напару, это было лето 1999-го, иногда он прибегал поесть. Потом он подцепил клеща какого-то в ухо, его долго лечили, вырезали роскошное кокерское ухо со всеми прилегающими потрохами, потом усыпили.Мне просто приятно знать

Вот-вот. Сначала он устраивался поспать, как все обычные собаки. Нет, преимущественно пытался устроиться поспать с Таней. Когда он порвал её платье на маленькие кусочки и сгрыз мои ботинки и перчатки, Таня его отлупила, они поссорились. Тогда-то у него и началась буйнопомешанность по ночам, вернее, расцвела. Где-то в три он просыпался и начинал ходить по комнатам, заглядывая в окна, наверное, выискивая В.П. Потом принимался поскуливать и выть, потом просто рычал и стонал, катался по полу. Очень любил уколы и аптечный запах, дорвавшись до апетчки, съел некоторые таблетки. Кололся охотно. Кошмарная собака, очень антропоморфная, очень похожая на самого В.П. Вообще-то, все собаки до неприличия похожи на своих хозяев.

Я вот о чём, почему я его вспомнил. Как-то раз я набрал в шприц слишком много корвалола, и он просто охренел от дозы: сидел прямо полночи, иногда падая на пол, но никого к себе не подпуская, был просто оглушён, постоянно пытался сосредоточиться на каком-то предмете, но не мог, от этого начинал лаять и рычать, от злости. Очень похоже на моё состояние сейчас после ампулы супрастина: оглушённость, которую хочется стряхнуть. И, как ни странно, сон не наступает.

Если бы он не ушёл к бабушке, которой он приглянулся, я бы его как-нибудь сам придушил, так я его ненавидел. Несмотря на то, что В.П. обещал его забрать.