June 22nd, 2016

hund

Устранение различий

Это очень плохо, и сразу бросается в глаза, когда общество не преодолевает, не сплавляет различия, но уничтожает их или замазывает, не перерабатывает, а подавляет, а то и вовсе припудривает лишь.

Именно потому коммунальность немцев выбешивает. Чтобы купить пистолет, нужно состоять в обществе любителей стрелкового оружия (и настрелять тридцать часов в тире, и тогда можешь держать оружие дома). Чтобы ловить рыбу - нужно состоять в обществе любителей рыбной ловли. И так далее. Одна любовь вокруг. Невозможно ничего хотеть. Можно только любить, участвовать, объединяться в любви - необходимо и естественно.

Притом, что всем ясно, что все эти общества с гитлеровских времён лишь структуры добровольного народного самонадзора. Ещё здесь нельзя говорить о врождённых свойствах, здесь нет рас и различий, здесь уже нет пола и гендера, здесь есть только дружба народов и бляааааа скуловыворачивательный бесконечный шифрованный словесный понос про любовь всех ко всем. Здесь уже и добра и зла нет. Окей. Всего этого нет. Но играть-то в это всё можно? Нет, не можно. Как бы чего не вышло. Так что лучше не иметь пола и возраста, гендера и оружия, национальности и вероисповедания, и рыбу лучше тоже оставить плавать в озере. Как заебал этот местный брежневизм, совсем уже упоротый застой, именно что сведение любого различия, очень натужно, в ноль.

Мне кажется, у немцев очень крепкие жопы. Они могут пердеть в себя, знаете, так вот поднатужиться и не выпустить вонь чтобы, чтобы она даже мягко не проистекла между полужопий, чтобы ни моля запаха не вынести вовне как сора из избы, а ещё немцы умеют икать в себя, срать в себя, то есть, умеют сдерживать различия, уничтожать их, превращать в настой застоя, забалтывать в неразличимость. Когда я вижу такие выставки дружбы народов, как эти балконы, у меня очень болит голова сразу, приступом. Потому что мне надоело, что меня постоянно дёргают за эмоции, чтобы сказать: у тебя нет эмоций, у тебя, и ни у кого, нет различий. Все флаги в гости к нам. Все пидарасы чтобы сели в ряд за стол. Эмоция разрешена только одна: единение в любви. Остальное - олдскульное говно.



У немцев все народы стали одинаковые, наверное, от страха перед расовой теорией. Больше не припоминаю ни одного народа, у кого настолько атрофировалось бы чувство юмора и вкус к различиям.
hund

Котики-хуётики

Про одну категорию котиков. Котики-хуётики, те котики, которые не могут быть кошечками, которые всегда мужского рода, и подпись к ним, даже если это кошка - тоже как о котике. Это потому, что котик - субститут фаллоса, либидо. Котики всегда сумасшедшие, но ласковые, непредсказуемые, горячие, прыткие, и так далее всё, что можно сказать про половые члены. И постят их больше женщины. Потому что мужчинам у нас позволено (чаще на отдельных площадках) постить сиськи и члены непосредственно, без замен кошками. Всё это не плохо. Дурно только то, что когда хочется любви и болшого и чистого, то думаешь о коте или постишь котика. Котики котикам и на картинках рознь. Котик-хуётик всегда сумасшедший, немного опасный, своевольный, ну и так далее так, что скорее уж, видя такого котика, надо думать про хуи, а не про животных и попроще как-то про любовь и нежность.


kerl

Валентин Папко, "22 июня"



Это мне только одному кажется, что это две мертвецки пьяные лесбиянки, похмельное утро, ребёнок уже устал кричать, матерей не дозовёшься, у них во снах всё равно эскадрильи фашистских истребителей?
hund

Entschuldigung

А как часто немцы извиняются. Они как кашляют своим энтшульдигунгом, как дышат им. Кстати, Entschuldigung по форме слова, по корню - точная копия русского "извинение". Есть у немцев "bitte" - но оно уже звучит не как просьба, а как требование. Потому, наверное, вместо bitte-пожалуйста теперь постоянный энтшульдигунг - "снятие вины". Но энтшульдигунги звучат наглее, безличнее, чем битте-пожалуйста. Это как извинение авансом. Произносится чаще всего до того, как человек делает то, о чём хотел бы Вас попросить, но вот, сделал сам, предварительно обозначив свою невиновность. Иногда я спрашиваю у немцев: чего извиняетесь? Чего вину вспоминаете? Говорите "битте", так как нет Вашей вины, не надо драматизировать. Всегда троллю немцев, как есть время. В очереди, к примеру. Сегодня троллил один раз в очереди. И два раза с помощью полиции. Жарко просто очень.

Никогда ни от кого не слышал я Verzeihung,, то есть, собственно просьба о великодушии, вместо гарантированного искупления из-винения, всегда одни энтшульдигунги. Какой-то обвал вины и одновременно авансового искупления отсутствующей вины и, собственно, полное отсутствие просьбы-битте.
hund

Полиция разогнала детей

А с помощью полиции я наконец-то додумался избавляться от шума дома. Как спилили деревья во дворе, мамаши дома стали туда, в большой внутренний двор, запускать детей на весь день с мячами и игрушками. А что, удобно. Гвалт, детский смех, удары по мячу, мяча по стенам и окнам. Веселуха под присмотром. Всегда фантики от конфет повсюду, рваная бумага, перевёрнутые мусорки. Отличная детская площадка в тридцати метрах от дома - теперь пуста. Так вот, есть в немецких законах правило о дневной тишине, на час. И я его нашёл подтверждённым и в уставе нашего дома. И вызвал детям полицию в начале тихого часа. Полиция приехала, разогнала детей, и мне сказала, что вообще детям здесь не место, вызывайте снова, если будут играть, шуметь днём. И всё это анонимно! Класс! То есть, теперь будет тихо со временем. Может быть, и деревья вернут. Странно, что законопослушные немцы сами не вызвали себе полицию. Почему я всегда? Как музыка вечером - я, как пьяные ссоры - я вызываю. Видимо, я, как и все пришлые, хочу стать аборигенистее аборигенов, ахахахх:)
hund

Полиция опаздывает

Второй раз полицию за сегодня я вызвал бодрому высокому статному юноше с энгельсовской аккуратной бородой, клеившему социалистические плакаты о том, что всю власть советам рабочих. А я рядом на остановке стою. Я ему говорю: здесь написано: не клеить плакаты. А он мне: сейчас я заклею эту надпись и больше этого написано не будет, идёт? Я говорю ему, уже перейдя на ломаный руссиш-дойч с хамским русским акцентом: нет, здесь запрещено, я сейчас Вас сфотографирую, и это будет в полиции. Он мне: тебе больше всех надо, в твоей скучной жизни нет экшена? Приходи к нам лучше на стачку. Я ему: я хочу, чтобы в стране был порядок. И вот тут зрители подтянулись. Я и их привлёк, стал спрашивать данные этого юноши и позвонил в полицию, сфотографировав народ и юношу. Юноша разозлился и сорвал свой плакат. Я крикнул ему, что всё равно напишу заявление, потому что он везде засирает город-сад. Народ был безучастен на протяжении всего шоу. Немцы какие-то безыдейные стали. Затраханные они, по-моему, всеми этими шоу. Написал заявление по интернету, приложил фотографии. Пусть ебутся дальше со своими леваками, а то что-то немцы какие-то как варёные, расслабились.
hund

Женщины Германии хиреют

Приехал я в Германию десять лет назад, в один очень зажиточный город, город-клумбу, резиденцию главы католической церкви Германии, и там не было женщин серых молей на улицах видно. Что мне сразу бросилось в Германии среди прочего в глаза: яркие ухоженные, но одновременно неброско, без каблуков, мехов и яркой раскраски женщины, а сдержанно, со своим достоинством, себе на уме яркие. Неуставшие, высокие, работные, плечистые даже какие-то, но у всех грудь колесом. А где, думал я, серые моли, где робкие задрыги, где замотанные тётки, где уставшие от одиночества, где от него же и остервеневшие, где женщины с сумками еды, где тихие красноглазые алкоголицы и прочий женский привычный мне с России репертуар?

Через два года я переехал в бедный город Берлин, город с нехилым советским бэкграундом, и весь этот репертуар женской несчастности увидел, и даже его венец - баб формата Светланы Алексиевич, этих тёток-военных-мадонн в платках, выплакавших все слёзы своими бездонными глазами, с голосом, гнусавым от вечной заложенности носа, как всегда он такой, когда долго плачешь. Все они были здесь. Но мало. А сейчас уставших женщин стало здесь много, этих тётенек, смотрящих в дальнюю даль сквозь всё. И они - вот гадство - появились и в том городке-клумбе.