June 22nd, 2018

tualet

Дома и стены помогают

В гостях у милой американской пары, живущей в Берлине год и остающихся ещё на год, привлёк внимание угол (они снимают однокомнатную квартиру), в котором вывешены вымпелы побед ещё со школьных соревнований, почётные грамоты, фотографии с редких событий на отдыхе (прыгали с парашютом, плавали на каяке с индейцем, ехали на слоне в джунглях и т.п.), фотографии самой пары, родителей, семейных торжеств. То есть, это было привезено и аккуратно оформлено в рамки и помещено на стены. Подумалось, а если они придут ко мне домой, увидят голые стены, да и вообще к кому угодно, по-моему, в городе придут, если молодые немцы или русские, то точно голые стены или же что-то абстрактное, как у меня развешаны картины Olga Prokopenko, тыква и окно со светящимися чашками, и китайские сумасшедшие боги, которых корёжит и крючит, колбасит на эстампах (это так они борются со злыми духами), так вот, если придут люди с другой жилищной культуры, со стенами, на которых всё важное, лучшее товар лицом, а у меня нет ни дочери, ни мужа, ни моих путешествий, ни моих животных, ни друзей, ни грамот, ни дипломов на стенах, а только ёбнутые боги строгим рядом на одной стене и в спальне светящаяся тыква и чашки - не подумают ли американцы чего-то не того? Например, один раз ко мне два года ходила инспектор из Югендамта, контролировавшая мои родительские права после развода, и всегда писала в отчётах, что у отца нет штор, гардин, жалюзи, книг нигде тоже нет, стены голые, также нет телевизора, приобретать его отец не намерен, а потому жилище производит впечатление жилья асоциального элемента. Но американцы - это же не работники Югендамта, и в гости в Берлине ходят много, за тем и приехали сюда на два года по стипендии от фотофонда, фотографы в стиле Нан Голдин (люди на фотографиях только из близкого круга, крупным планом и в естественных для них средах). И всё же, у них есть "иконостас", а у меня нет. Может быть, он правда что, и у многих есть, только я не встречаю таких людей - так подумалось. Белые стены, сумасшедшие боги количеством восемь, яркая большая тыква одна на всю голую большую стену, книги вот только разве что вернул из подвала, не успев ещё все уничтожить и раздать. Да, Югендамт когда-то мне, конечно, испортил настроение и заронил страх элемента асоциальности. А так-то дома и стены помогают, не надо ничего даже на них вовсе держать.

Встретил пекинцев около дома

Фестиваль искусства "Нойкёльн 48 часов" стал очень международным за 20 лет, стал выплачивать гонорары, оформлять визы, самое интересное - действительно сильные экспозиции, очень техничные мультимедийные есть. Несколько интересных световых представлений. Можно гулять пятницу, субботу до часу ночи, в воскресенье до часу дня на нём, 250 объектов, то есть, помещений, от больших бывших промышленных залов до крохотных баров с авторскими чтениями, 250 художников и групп, а не предметов. Пока мне очень понравилась большая высокая мощная сверкающая, извините, хуйня, иначе и не назвать, она так и называется на китайском, "Дерево цифровой нежности" - это как ёлка, из всяких гаджетов, проводов, светодиодов, экранчиков, мониторов с новостями, сериалами, порнографией, кинопопсом, ой, классикой мирового кинематографа, с самоучителями бизнестренингов и языков, из летающих вокруг дерева по кругу, по эллипсу и вверх-вниз разноцветных охраняющих дерево дронов, реагирующих на посетителей, много марширующих электросолдатиков по ветвям и вокруг, вокруг дерева несколько каких-то "экранов" по веткам с голограммами порнографии и разных просто музейных затёртых уже мировой культурой сисек и писек, мерцающее оптоволокно и так далее, очень красивое живое искусственное дерево на три с половиной метра. И это великолепие всё как раз вокруг дома радиальными линиями расходится по многим улицам северного Нойкёльнв, я живу совсем рядом с его центральным залом, с самой большой галереей фестиваля в здании бывшей большущей пивоварни. Жаль, почти всё стоящее нельзя фотографировать. Авторы этой "ели" два парня, пара, они из Пекина, такая радость неожиданно встретить здесь двух типичных пекинцев с такой роскошью. Говорят немного по-русски, понимают очень даже, да как и много людей в Пекине знают русский, как и в Восточном Берлине когда-то было, так и по сию пору остаётся на севере Китая, русский изучают вместо английского, а английский идёт уже вторым языком (в южных провинциях русский удаляют сейчас из школьной программы очень быстро, заменяя на английский). Дождаться часа ночи, когда невъебенную ель потушат и по барам втроём или кто там ещё найдётся.
beijing mummi

Районный фестиваль искусства: первые шаги в качестве зрителя

Фестиваль Neukölln 48 Stunden в этом году отличный, потому что юбилейный, что ли, двадцатый, то есть, он. За три часа я посетил четыре галереи, самые большие, с центральными экспозициями, как сказано в документации по фестивалю.

Про Дерево цифровой нежности я уже писал, дождусь темноты и всё же его сфотографирую. Во втором помещении я нашёл скульптурную группу из детей, сделанных в виде кладбищенских надгробных скульптур-памятников: очень реалистичные, с крылышками, с крылами даже все, уснувшие как ангелочки, пухлощёкие, все со смартфонами и другими цифровыми устройствами усопли и окрашены дешёвой серебрянкой, их терзают в их загробном сне классические чудовища, химеры, звери, рвущие им лица, спину, крылья - простенькая аллегория на тему не давайте детям слишком много сидеть у телевизора, но воплощена в виде кладбища отлично.

В третьем помещении было говно: все в мультимедийных масках разной сложности и тяжести, везде надо записываться, чтобы увидеть, что там внутри показывается, по часу очереди к этой тотальной виртуальности, пока ждёшь, можно рассматривать людей, как они бегают, что-то ловят руками в воздухе с маской на голове, дурацкое зрелище.

В четвёртом помещении под грохочущие звуки железа танцуют постоянно два человека, переодетые в роботов и вокруг них по комнатам море пластиковых предметов из воска и чего-то мягкого, приятного на ощупь, около сотни взрослых людей, половина пьяные уже в жопу через час после открытия фестиваля лепят всё это, увлечены рукоделием, всякие паровозики, домики.

В чём прикол, я не понял, но немцы очень любят коллективно страдать хуйнёй, особенно конченой если, и это видно во всей красе, как их приманили по комнатам вывесками про новый экологичный материал, безграничные возможности творчества с новым материалом и прочими лозунгами, как я понял, пародиями на всю эту веганско-экологическую романтику. Жаль, всех их за "работой" запрещено там фоткать, эти довольные своим экологизмом, довольные и розовые от радости труда и пива рожи. Преимущественно старики.

Потом мне стало скучно, и на обратном пути до дома я за час собрал только пластиковых бутылок на 58 евро, стекляшки даже не брал, они по 8 центов, тяжёлые и воняют пивом, собирал ненавязчиво, все улицы уже ими засраты, собирал, тут же заходя их и сдавая в киоски и супермаркеты по дороге домой сразу как сумка, фирменная сумка фестиваля, наполнялась. Это просто рай какой-то сегодня. Сразу захотелось собирать бутылки, потому что понятно, что фестиваль сам так себе, большинство баров приняли художников, авторов, артистов потому, что будут очереди за алкоголем, и они огромные у каждого самого занюханного бара. А четыре пластиковые бутылки это одно евро.

Раньше я участвовал в фестивале как куратор, автор, модератор, артист, художник, писатель. Не понравилось: мало отдачи, плохой гонорар, куча затрат времени, средств, сил. Куда как приятнее просто ходить, собирать там бутылки, сдавать их и фотографировать! Итак, пока я впечатлился Деревом цифровой нежности и Кладбищем детей с гаджетами. Впереди ещё 246 помещений.
beijing mummi

Прошлое наступает здесь так быстро, что оно искусственное и ненастоящее, предмет только искусства

Что особенно трогательно для меня в этот раз в фестивале, это то, что я не был на нём ни как зритель, ни как участник три года, и за это время пустырь за домом превратили в кафешно-огородное поле с выставочными крутыми павильонами, огромную пивоварню, стоявшую разрушенной, но красивой, памятник югендштиля, отреставрировали, а раньше там был огромный спонтанный траходром для парней со всего района, романтика огромной заброшки среди полей и буераков, лабиринты подвалов, огромных залов, заваленных строительным мусором, бутылками, принесёнными диванами, мебелью для растопки - дикий гомосексуальный парнячий рай, я обожал это место, не нужно никаких сайтов знакомств никогда было, достаточно туда выйти, можно в тапочках из дома было выйти, и всё сразу там есть, и вот теперь, надо же, респектабельный выставочный зал, отличные кафе, электроника, новые потолки, даже пол поменяли, на котором была матерщина, следы костров, оргий, жжёных шин.

Люди весьма приличные в этот раз, то есть, немцы из других городов с чемоданами на колёсах, иностранные делегации с грамотами и камерами, люди ходят до ночи парами и группами по залам с чемоданчиками на колёсиках, потом уже в городе ночевать, так как фестиваль ещё два дня идёт. Очень необычно сидеть в этой пивоварне в тех залах, где ещё четыре года назад такооооооое творилось, что мама дорогая. Да и в рамках фестиваля раньше такое творилось, что тоже мама дорогая. Три года назад я устроил на этом пустыре в рамках фестиваля у красно-чёрной кирпичной стены расстрел асоциальных элементов с зачитыванием приговора: алкаши, безработные, беженцы, русские бездельники на социале, старые жирные евреи на социале, но с утаёнными квартирами в России и так далее - все получили по заслугам, был скандал с полицией за разжигание межнациональной, религиозной и прочей розни, кто-то даже заявление написал на антисемитизм, но нет, я на святое не покушался, нет.

А сегодня на стене юбилея я увидел себя на нескольких поляроидных фотках уже в рядах легендарного прошлого, едва ли не отцов-основателей, такой красивый, совсем почему-то молоденький, яркий, красноухий, румяный от алкоголя и травы, в роскошном белом жабо, в парике, с накрашенными губами, в бархатном камзоле с кружевными крахмальными отложными манжетами читаю приговор, собираю показания из зала, посылаю колонну подонков жизни и обсосов на расстрел вытянув руку с судейским молотком. Будто было всё лет -надцать назад, специально ведь они и фоткали, наверное, на поляроид, чтобы смотрелось уже на следующий день исторически. А было всего три года назад. Прошлое наступает здесь так быстро, что оно искусственное и ненастоящее, предмет только искусства. Это радует, смешит тем, как будто старалось прошлое старалось, чтобы наступить как у людей, а его разыграли в ноль, в смех.

На улицах народ колоннами, немцы совсем не знающие, что в Берлине правила дорожного движения действуют так себе. А если и действуют, то иностранные гости портят все правила и весь орднунг - идут как попало через все дороги.

На пустыре у пивоварни собирается народ, там готовят к запуску какой-то пепелац на паучьих ногах и с фонарями как летающая тарелка. Почему-то под ним для запуска разводят костёр. Может быть, попросту сожгут? Но он мигает всё сильнее, и народ подваливает. Надо пойти смотреть дальше.

Я ещё фоток завтра добавлю, сегодня не время с ними возиться, пойду пепелац снимать. В полночь запуск, осталось недолго.