January 29th, 2019

Gorky

Всё идёт по плану

Третьи сутки на первых страницах русскоязычных СМИ новость о краже и возвращении картины Куинджи из Третьяковской галереи. Параллельно второй темой идёт непосредственно праздник подвига блокады Ленинграда. Далее в риторике коммунистического интернационала брежневской эпохи новости о помощи братской Венесуэле. Страна благополучно живёт прошлым. Ажно завидно, какое богатое, долгоиграющее прошлое бывает у людей.


hund

Мои звери наконец-то встретились



После шиншиллы второе моё любимое, тотемное моё животное - это косатка (orca orcinus). Часа четыре я провёл в прошлом году в аквариуме Пекина, рассматривая косаток изнутри аквариума, из туннеля. Они были там игривые, а не смурные. Видимо, потому, что освобождены от шоу. Рассматривать и шиншилл и косаток я могу часами, совсем отключаясь порой сознанием, телесно с ними совпадая, будто надеваешь их на себя, в себя. В детстве, несколько раз будучи вместе с отцом на ледоколе в Ледовитом океане около Диксона, я рассматривал косаток с палубы и в бинокль в естественной среде обитания, мрачно, тотально, убийственно злых и быстрых. И они меня рассматривали, одним глазом, приподнимаясь из воды неподалёку от судна и дико орали на меня, стремясь напугать, они так пугают тюленей, подплывая к ним совсем на расстояние вытянутой руки, те вздрагивают и начинают бежать, что интересно, часто по глупости падая прямо к ним в пасть со льдины. Шиншиллы и косатки - постоянные обитатели моих самых интересных, то есть, повторяющихся и крайне реалистичных снов. Сны с первыми сказочно хороши, чаще всего заканчиваются самым чудесным сексом, сны со вторыми это ад, из которого не проснуться, даже если уже знаешь во сне, что это сон. Сегодня снилась шиншилла. Я спал сутки, я и уснул с образом шиншиллы, засыпая. Она перебралась ко мне в постель в первой фазе сна, и я старался её не толкать, не задавить. Это больше напоминает человека. Потому что, когда у меня живала настоящая шиншилла, которую оставляли друзья, уезжая в отпуск, она ложилась не сбоку посередине кровати, и не как собаки или коты в ноги, а рядом на подушку и утыкалась носом в ухо всегда, только так и засыпая, потому не надо бояться было толкнуть или задавить шиншиллу, если она настоящая, животное, то есть. Сегодня впервые сон с шиншиллой мягко перешёл в сон с косаткой, но тот имел новый сюжет, был страшный, но будто я смотрел фильм во сне, а не участвовал в действии, и косатка привлекала, она играла впервые во сне. И уже во сне пришла мысль, что косатка это и есть шиншилла, чувство покоя и игры. Только это защитник, страж внутреннего ребёнка. Мысль не новая, она из психоанализа. Но я никогда не переживал ещё такого наглядного, чувственного слияния двух частей моего существа. Утро было очень здоровым (ну конечно, выдрыхнись сутки, непременно будешь здоровым), ощущение порядка и размеренности, обычно после сна нечасто ко мне приходящее, было сразу и продолжает держаться. И снова не болит спина. Хотя последние две недели она снова начала болеть, и даже, и особенно, по утрам.
hund

После блокады Ленинграда

Закрыл фейсбук (деактивировал, но не удалил окончательно) из-за огромного количества и хардового качества личных угроз за последние трое суток.

В воскресенье я читал двухтомник Ломагина о блокаде Ленинграда, захватывающее чтение, монография к диссертации в ЛГУ, выпущенная ещё в ельцинское время, сейчас бы такое не допустили, наверное. Стало не только как и ранее, предсказуемо, но теперь, благодаря книге, доказуемо ясно, что город оставили без еды и с населением вследствие обычной нашей рукожопости, наплевательства тогдашнего на жизни, как ранее в ситуации голодомора. Одновременно я поймал себя на чувстве равнодушия к истории, блокаде, победе, теме войны.

Во-первых, в детстве-юности брежневским и последующим официозом задавили, засыпали перхотью эти темы, превратив их на немецкий манер в индустрию (в Германии говорят уже двадцать лет об индустрии Холокоста, а я знаю её изнутри на примере Заксенхаузена, официальным гидом коего являюсь и наблюдаю ренессанс лагеря, то печи отреставрируют, этим летом морг отстроили заново, вышки охранные покрасили в пряничные цвета, клумбы с петуньями и космеями восстановили, вернули лагерю пропагандистский вид из сороковых годов, дескать, евреям здесь заебись как хорошо перевоспитываться со всей Европы). Тогда и по сих пор эти все темы вызывают у меня тошноту, отвращение, если вообще что-то вызывают. Обычно насмешливое бесчувствие и скуку, с раннего детства.

Во-вторых, мне неинтересны документы, споры об истории России, потому что они мне не нужны, как не нужны носителю языка словари и грамматики, они мне не дают нового знания, потому что характер моей страны, народа я знаю не по книжкам и не по прошлому, а на своей шкуре.

Уморить голодом город для моего народа, в общем-то, довольно-таки проходная, нормальная хуйня, в порядке вещей даже. Не только для власти. Потом плакать можно даже начать. Приятно ведь. Потом. Плакать всегда приятно, если есть повод.

Страшная, жестокая мать-родина, которая при случае, по нужде или за бутылку даже, придавит ребёнка. Такой опыт остался и память от жизни в России плюс редкие, очень редкие светлые нежуткие вещи, которые я сделал сам и с большим трудом или же они пришли, появились случайно, я везучий.

Я это написал в фейсбуке. И вот, первые двое суток там шла игра в чистки, совершенно сталинская ролевая историческая онлайн-игра, все ебаклаки, несколько властителей фейсбучных дум, много френдов также, перепощивали мою запись с призывом удалить меня из френдов, пропесочивали тех, кто это сделать отказывался.

Гадили у меня в комментариях массово, оставляя их по нескольку сотен штук в сутки с самой грязной руганью, заговорами на смерть, заклинаниями, пространными картинами унижений, пыток, расправ. Перлом стала моя фотография, распечатанная, изрезанная и истыканная особыми иглами на доске с чёрно-магическими рисунками. У меня нервы крепкие, меня это развлекало.

На третьи сутки начался хард: посыпались мои детские фотографии, телефоны, адреса, адреса родных, друзей, фотографии ребёнка, как я понял, из каких-то баз данных, причём новых, а также изощрённые попытки взлома почты (что никогда не удавалось в силу пары её особенностей, и не удастся, там попросту ничего нет, давно не хранится ни единого письма дольше пары секунд, смена пароля и вход не с определённых айпи-адресов крайне затруднены), угрозы жизни потоками, за сутки около двух тысяч комментариев и полторы сотни перепостов, это только которые я увидел, так как мой аккаунт массово банили в процессе чисток.

Российское общество стало тупее, агрессивнее. Плюс в России не работает, как я понял, преследование за преступления, совершённые посредством интернета, то есть, за покушение на убийство (комментарии-заклинания, смешно, но это так, к нему, например, в Европе относятся), запугивание, сбор личной информации, использование чужих текстов и фотографий без разрешения владельца, оскорбление, попытки взлома аккаунтов и многое другое - против этого у русского человека ничего не работает, не останавливает. Люди непуганые, без тормозов. Это меня удивило, я такой дремучести и безнаказанности не ожидал.

Я пока в растерянности. Ситуация такова, что не читать этот поток было невозможно, так как он некоторым образом затрагивает вопрос безопасности, подсознательно. Плюс стало скучно и тотальная потеря времени на чтение потока неизящной, тупой матерщины и угроз. И я отключил аккаунт, чтобы перебесились.

И сильное разочарование. Я был лучшего мнения о российском среднем классе. Но когда с именем Христа, с церковью на юзерпике и с иконами в профиле обещают выебать в жопу, убить ребёнка, "вычистить блядское семя", пишут заклятья и шлют колдовские амулеты, это просто обижает, расстраивает тем, каким людям я стал интересен.

Спасибо тем, кто поддержал меня в эти дни там. Нет, совсем не поток грязи испортил настроение. Мне ли не знать, что такое провокация, я даже люблю выбивать скотство из людей, мне нравится смотреть, как парадоксально люди теряют вопреки своим декларациям человеческий облик и готовы убивать за слова, за сомнение, хотя бы говорить это и упиваться сутками преследованием человека. Учителя, врачи, пенсионеры и так далее, самые разные понаписавшие мне кровавой садистской жути люди (видимо, это должно угнетающее действовать на психику помимо сознания, но я же русский, я, то есть, циник, я русский, то есть, я привычный к самой жестяной жести и жестокости, я такого, пока там жил, в реале насмотрелся, что слова для меня вообще давно ничего не значат, вербальное насилие я опознаю, но не чувствую, броня крепка, иммунитет капитальный, не то что в Германии люди лечатся у психиатров и в психотерапии по два года после подобных и в меньшем масштабе инцидентов).

Но настроение к фейсбуку потерялось, так как я понял, что люди, атмосфера, нравы за десять лет, как я уехал и десять же лет назад устроил подобную массовую провокацию в интернете, вернее, один в один, только на тему Победы, точнее, именно что провокацию, а не мягко высказанное сомнение в том, чьё преступление блокада Ленинграда (не немцев), так вот, нравы изменились в худшую сторону: опрощение, отупение, озлобление. Причём очень даже заматерели в этом направлении.

Думаю скачать ФБ, и досвидос оттуда. В России остановиться по дороге в Китай расхотелось, пропал интерес, воодушевление, сложившиеся за последние два года с редкими короткими поездками туда после десятилетнего перерыва в личном там присутствии. Стало перед собой неловко за свой романтизм. Островок людей с нормальной головой там очень невелик, стал меньше значительно. По-моему, это даже не островок, а дрейфующая по течению и подтаивающая льдина.

Впрочем, ещё решу. Разрушается с каждым годом восприятие России как большого места, общности. Несколько городов стали интересны только как места жизни нескольких отдельных людей, но уже не общества, не сообществ, не как субстрат для культуры, силовых полей, идей, в том числе и Москва, она ещё прошлой весной потеряла интерес для меня совсем, утратила привлекательность как место множества историй и сил, но стала захватывающе интересной как совсем недавно образовавшееся место, лишь потому, что там живёт мой друг, впрочем, он бы везде жил, оставаясь сам собой органично и везде будучи здоровым. Книги, культура, прошлое, всё более примитивизирующаяся, ровная в своей оформляющейся безликости культурная жизнь России интересует всё меньше и меньше уже прогрессирующе в этой утрате интереса очень давно.

Кстати, тем горячее интересны несколько людей, когда Москва, Россия, Сибирь и т.д. стали местами жизни, обитания нескольких людей.

Вырванные из нарративов, эти места стали теперь, как в детстве, очень личными, своеобычными, неповторимыми, стали импрессиями, отпечатками любимых. Стали крайне рельефными, памятными до каждого камушка у дома и поворотов метро. К хуям обвалились музеи, Кремль, галереи, русский язык, масштабы мест, их повествования. Но предельна стала глубина, память тела, все отзвуки и запахи, контуры и да, даже панорамы и маршруты прогулок вместе с достопримечательностями.

Они все стали буйным лесом, природой, зарослями, кущами, раем, тотальным праздником желания, вкуса, извилистости, пряной тёплой густой укромной растительностью и рельефом джунглей, но не страшных, а родных, как у Маугли или индейцев. Природа, а именно природа моего желания поедает, разрушила это старый бетон, города, разбомбила все асфальты и это она скосоёбила всю плитку в Москве :) Она расхерачивает станции метро в Берлине плющом и молодыми ивами, трескаются охваченные лианами дома и вздыбливаются по весне от буйной растительности пути электричек.

Как таковыми, "дикарями", стали для меня и мои любимые, научившиеся с возрастом покидать пространства конвенции и перевоплощаться в самых прекрасных животных, неслышно растворяться в джунглях как индейцы. Вырванные для меня, очищенные мне, из всех социальных и "больших" нарративов, в которых они, впрочем, как рыба в воде, равно как и в "джунглях", но всё же большую часть жизни находятся в городах, до усталости и срывов, увы, повязанные в этих полях конвециональности и надо соблюдать, но они все утратили для меня национальность и часто даже язык, привязку ко времени и месту.

Так что, в том, что родина охуела, одичала, в этом есть и свои плюсы.

Важнейший эксперимент человечества

Решил догнаться говном, смотрю фильм Первого канала "Крик тишины". Молодая обезумевшая от голода мать эвакуируется сама, оставив ребёнка (детей до трёх лет в эвакуацию не берут, гибнут от холода по дороге). Весь фильм её матерят последними словами всякие стойкие духовно суровые мужики и бабы. Один из них, особо мудрый, рембрандтовски-достоевский тип, сидя в убежище, философствует:

"Сейчас идёт важнейший эксперимент: один из красивейших городов мира отброшен в каменный век. И главный вопрос сейчас, на который мы должны дать ответ своими жизнями и смертями, таков: превратимся ли мы в троглодитов. И вот что мы должны понять: ни голод, ни лишения не важны. Выживут не те, кто сильнее физически, выживут те, кто сможет остаться человеком".



Двенадцатилетняя девочка с тяжёлым трёхлетним мальчиком, укутанным в сто одёжек, вприпрыжку рассекает по самым мрачным и хмурым закоулкам города, поднялась с ним не менее, чем на третий этаж, подкармливает его сахаром, философствует на ходу не хуже телеведущего Соловьёва, похохатывает постоянно, живёт сутками в неотапливаемой квартире. А в самом городе царит оживлённая движуха, спонтанно переходящая в неподдельное веселье, что поразительно. Атас... По-моему, следующей темой телевидения будет вред мяса, молока, сахара. Помню эти оздоровительные лекции по телевизору в девяностые годы. Жутко становится и озлобляет, когда Первый канал призывает к стойкости. Будь я в России, я бы постарался крупами запастись уже с таким кино.

Эх, а ведь так, как в этом фильме, так устроены головы большинства людей в России, я знаю их лично многих и многих, близко и долгие годы.