February 20th, 2019

Jruesse aussem Kiez

Провода

Люди Германии, если им вещь не нужна, но она ещё рабочая, выставляют её на улицу с табличкой "В подарок". Люди Польши и других стран ездят по улицам и отрезают у вещей кабели под корень. Это как бивни у слонов и рог у носорогов отрезать: ради пятидесяти, ста граммов меди оказывается убит монитор, принтер, телевизор, чайник и так далее.

Сегодня ходил в подвал, достать горшки для кухонных трав к весеннему уже солнцу, дверь подвального помещения польской "нехорошей квартиры", которую снимают поляки на всю свою большую, постоянно меняющуюся гастарбайтерскую компанию, была открыта, и это было колоссально, то, что я увидел, проходя мимо.

Кроме высокой кучи толстых и тонких проводов там ничего не было. Впечатление эта блестящая в тусклом подвальном освещении медно-пластиковая куча производила угнетающее, и даже пугающее. Провода блестели как свежевытянутые жилы, артерии из освежёванной туши огромного слона или даже склизлого спрута, запах резины и металла усиливался в воздухе влажностью и напоминал своей металличностью и испарениями вкус крови.

shatny_zhene

Снег и жилищная культура

Наблюдая долгие годы за крысами, я понял, почему нам, людям, снег так приятен: 1) он делает всё обозримым, все следы, подступы к нам, к жилью - это успокаивает; 2) в него можно закопать жильё, уютно закопаться, понял я, видя как каждый вечер мои крысы, бережно её расходуя, рвут бумагу и часами с удовольствием заваливают ею свой домик, причём им нравилось именно чтобы бумаги было много, пышно заваливать, не трамбовать, не подтыкать её в щели, в окна, а именно завалить горой пышно, а подтыкали и трамбовали они бумагу, если её было мало; 3) плюс снег гасит звуки, что бессознательно тоже работает на чувство безопасности и чувство тепла, всё пространство акустически становится закрытым, как нора. А нашему виду нора, пещера - это приятно ровно той же приятностью, как кошкам сесть в коробку.

Потому же в Берлине любят или полностью белые квартиры, без фенечек и картинок на стенах, с голыми стенами и матрацем в углу и никаких вещей и книг, минимум мебели, нет штор, занавесок, нет любимых вещей, следов, больничная белизна и звенящая, едва ли не шизофренического накала транспарентность - магистральный стиль в жилищной культуре Берлина. Или же вторая крайность, тоже крайностью у нас не считающаяся, а слывущая стилем, но менее популярная в Берлине, тоже любимый, поэтизируемый, если это не следствие апатии и депрессии, то есть, если это не банальное запущенство и засранство, то приветствуется и полное, уютное самозакапывание себя в собственной срани, в мелких вещицах, фенечках, в мусоре даже, в запахах курева, кухни, окурков, в редко стираемой одежде, в книжках, бумагах, в чайных везде и кофейных чашках, плюшкинизация жилого помещения, превращение его в музейную витрину и т.п..

Две невротичные стратегии. Не знаю почему, но в Петербурге популярнее вторая, хотя по психическому рисунку берлинцы и петербуржцы крайне схожи. А берлинцев хлебом не корми дай снова всё повыкидывать из дома и покрасить стены, почаще подновить их в белый цвет (в отношении к другим краскам и регионам в Берлине самые большие по Германии продажи эмульсионных белил оттенка "айсберг").