April 7th, 2021

Катарсис и Сьюзен Сонтаг

Это, конечно, досадная пакость, что катарсис с Нового времени стали мыслить как полноту переживания, полноту аффекта, полноту выражения, полноту удовольствия, полноту воплощения. Досадно тем, что вся эта нагруженность и полнота собственно сам катарсис и затрудняет.

Катарсис - это очищение. И очищение изначально простейшим способом - удаление, ритуал. Отсутствие лежит в основе катарсиса. С Нового же времени катарсису предписано переживаться буйно, громко, лавинообразно. Но вообще-то это изначально и неустранимо эмоция и ситуация тихая, в её основе подрезание, а не разлохмачивание.

Я читаю дневники Сьюзен Сонтаг, и вот, она постоянно жрёт амфетамин ("моя творческая зависимость") и обличает и обличает Америку и белых мужчин, она переживает катарсис Нового времени, она упарывается аффектом. В это же время она нуждается в катарсисе в старом смысле слова - в устранении аффекта, страстей. А именно - ей бы что-то сделать со своим самоуничижением, депрессией, одиночеством.

Но она параллельно упоротому обличению Америки пишет в дневниках постоянно о том, что лишена оргазмов и ненавидит своё тело. Она пишет это и бросает эти темы, и они тупо однообразно повторяются из года в год, со страницы в следующую страницу. Две трети её дневников - это типовые, совершенно удручающие лесбийские истерические сопли, сургановщина самой низкой пробы, нескончаемая повесть о том, как она не нужна очередной бабе. Беспросветно упоротая Сьюзен.

Эти лавины говнотекста просто потрясают контрастом с тем, насколько изящен всё же бывает её ум даже в обличении Америки. Настоящий катарсис позволил бы ей соединить свой ум и свою боль. Но Сонтаг постоянно настаивает не на лишении, а на полноте. Беднягу утащило в протестный аффект как многих заносит в ЛГБТ-активизм, так, что они совсем теряют себя и тем более чувство меры и вкус.

Бедная Сонтаг переполнялась и настаивала на переполнении ("дайте женщинам право на оргазм"), но её всё больше относило в истощение. Будто это какой-то насос в нуль-измерение вся эта её идея полноты и прав на удовольствие.
hund

(no subject)

Вчера новый почтальон, совсем неопытная в этом деле старая крепкая немецкая бабка высокого роста. Поднялась на пятый этаж в десять утра в маске, чтобы вручить мне маленькую коробочку. Еле дышала, стояла качалась, пока расписывалась за меня в получении этой коробочки (не приближаются они по причине предохранения от ковида). Седая совсем, седина неподкрашенная. Не понимаю, бедность, что ли, толкает на такую работу. Раздражила меня своей дурью, дурь старого человека раздражает и расстраивает, даже пугает. Могла же, как все делают, в почтовом филиале оставить эту посылку или соседям внизу отдать, там живут такие же старики на первом этаже, они охотно принимают посылки для соседей, это для них повод к общению.
hund

(no subject)

Моим близким, домашним в особенности, мне за долгие годы удалось объяснить, что когда они становятся персонажами, узнают себя в моих персонажах, особенно в самых выморочных, тяжелых, мракобесных и просто гадких - это не нужно принимать на свой счет. Им было это очень трудно принять, понять, как это работает, как можно превращать все любимое и светлое в полное говно и мрак. Когда механика дошла, у них пропал вообще интерес к чтению моих записок, а несколько опубликованных рассказов и фрагментов большого мрачного эпоса их теперь даже радуют тем, что вот, да, и они принесли пользу, и они увековечились, хоть так. Но часто мне жаль, что интерес их к чтению моих записок пропал. А второе, что меня не удовлетворяет в персонажной политике, так это то, что даже при всей моей деликатности и несмотря на программу защиты прототипов люди, которые попали под раздачу и узнали себя, они очень обижаются, просто крайне. А то, что их имена изменены, так вообще воспринимают как личное оскорбление и гадкую мою подлую уловку.
борьба с короновирусом

(no subject)

Чем притягательны фотографии берлинцев под цветущими сакурами, так это масками. Лица под масками выглядят моложе, люди выглядят улыбчивее (носогубный треугольник скрыт, он выдает возраст). Берлинцы в эту весну хотя и выглядят немного прихлопнутыми пустым мешком по голове, немного растерянными, но в эту весну берлинцы расслабленнее, не заметна в них тревожная растерянность, свойственная этому бестолковому городу. Я думаю, причиной маски. Недаром же множество фотографий под сакурой именно в масках: ковид дал людям заделье, глубокая тревожность берлинцев подменена тревогой, которую можно преодолеть нехитрыми манипуляциями с масками и мытьем рук. Это похоже на то, как и религия подменяет глубокую тревогу, страх смерти мелкими тревожностями по исполнению заветов.