Саша Силкин (berlinguide) wrote,
Саша Силкин
berlinguide

Category:

Затхлость у Гоголя (проба написания истории как истории уникальных впечатлений)

Гоголь первым стал писать о России с такой затхлостью, что аж тошно. Все эти носы в коробочках, скованные гнилью, пропотевшие подштанники из букв, в них вкрадывается вдруг еще русь, которая куда-то несется, слова, сказанные так, для масштаба, литературности, идеологии, вот и заучивают фразу хоть она и абсурдна. Куда можно нестись в коробочке? Ему, Гоголю, писать бы о юге, Малороссии, у него отлично получалось, передавать густоту воздуха юга России, тяжесть неба. И конкурентов то не было и нет, никто из тамошних местных так ничего на том же уровне физики не написал и не напишет уже никогда. Но Империя соблазнила масштабом, хорошо хоть второй том "мертвых душ" он сжег. Еще меня всегда потрясало, что он написал эту "поэму" в Риме. в Риме! С его ровным матовым небом, как на прекрасных пейзажах Иванова, Риме той девственной эпохи, когда предместья Города еще не тронутые стройками Муссолини сохраняли юношескую стройность древней империи. В том что в таком месте Гоголь писал "мертвые души" есть извращенность и маньячность, как и в обозначении "поэма", может он хотел спародировать этим Пушкина с его "романом в стихах" или еще что гнуснее. После традицию русской затхлости подхватил Салтыков-Щедрин и ему подобные с аутичной грязью в себе романами наподобие "господа головлевы", Михаил Евграфович писатель рангом ниже Гоголя, ибо затхлость у него не физиологическая, естественная, а "классовая", чиновничья затхлость, оттого еще более карикатурная, анекдотичная и искусственная. Читать его как спать в клоповнике. Вроде и спишь, а чешется. Писатель, превращавший свои тексты в чесотку, стоило ему отойти где-то от этого правила и все понимали насколько он вторичен, ведь уже не чесалось, оставался один "анекдот князя Ипполита". Так что розанов не прав, сравнивая его с волком, который нажрался русской крови и откинул лапы. Он не волк, а клоп, которого в советское время раздавили и размазали по школьной программе, как газетчики 19 века по русской литературе. Впрочем, затхлость была и у Островского, Достоевского многих других. Помню когда оказался в доме где Островский родился - уютном особняке в Замоскворечье, то подумал каким же лицемером и даже подлецом был этот персонаж в собольей шубе, наживавшийся, превращая целое сословие в карикатуру. У Доста все сложнее затхлые комнаты с ломанными ветками диалогов героев, вытесняются в конце концов его собственными фантазмами, коими он и известен, остается лишь этот бесконечный мотив "искупления" чичиков в сожженном томе, раскольников на каторге - "В белом венчике из роз – Впереди – Исус Христос". Пошлая, бордельная строчка из Блока в эпоху террора гражданской войны стала итоговым венцом для подобной лирики. Забавно, что все эти авторы любили как-то по-бабьи Пушкина, Он был для них не текстом, а телом. Для доста, Гоголя. Эта любовь чем-то напоминает болезненную тягу больного к здоровому, старого к молодому, одним словом отлично прописанную ночную сцену из церкви в гоголевской повести "Вий".

https://www.facebook.com/SASHAKORBIN/posts/511886999008898


Отличная идея: дополнить историю историей импрессий. Топосом является вовсе не поворот сюжета, не место и не идея переустройства, а впечатление - вони и затхлости, к примеру, она же на другом полюсе "густота малороссийского воздуха". От писателей остаются прежде всего в памяти, как и от людей, импрессии - общие психофизиологические ощущения, то есть, их уникальное сочетание, единомоментный вкус, жест, движение. Гоголь и у меня оставлял впечатление сильной невербальной запашистости, проницаемости всего воздухом, запахами, вкусом в более-менее вязкой среде, в которой сюжет, то есть, движение, играют совсем маленькую роль. А всё само собой лежит, преет, упревает, разлагается, "идёт своим чередом", источает свою историю-аромат, но не херачит её в мир действием, сюжетом, стойкой радиоволной-излучением, а именно что это мир понемногу эволюционирующих вонючек, как большой сырный комбинат.
Tags: литературоведение, настоящая литература, русская идея
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Вечер субботы - никто не пришёл

    С дискуссонной Freizeit-группой "Ромео и Юлиус" (14 - 27 лет) я уже два месяца как освоился и даже зачётно провёл с ними прошлые выходные…

  • Обломов и немцы

    Почему немцы восхищаются "Обломовым": волшебство структур тихости, им недоступных. Вот как сегодня - тихий выходной дождливый ветреный день. Мне…

  • Турки в Германии - чужие

    История турков в Германии — это история гастарбайтеров, которым позволили остаться в стране. Россия, внемли этой истории. Она короткая. Этих людей,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments