Previous Entry Поделиться Next Entry
hund

Перед раннеутренним поездом в Мозель не могу уснуть с открытым окном сидя

А погода в Берлине стоит самая лучшая, самая моя любимая: полдня предгрозовая пасмурная тёпло-прохладная духота с дымками по горизонту и днём, а потом ливни и свежести, и ночью порывистый и спокойный влажный воздух. Иногда накрапывающие дождики, чтобы не была так невыносима хороша предгрозовая долго-долго держащаяся духота, вернее, полнота воздуха влагой, запахами и звуками (во влажном холодном воздухе отличная акустика), а не духота (так как не жарко, потому и не духота).

Спрашивается, спрашивается после того, как я попадаю туда, а зачем я еду-то в жаркий, ожидаемо душный долинный влажно-тропический южный Мозель, если типа так уж неприятны мне мозельские старики из общества почитателей Николая Кузанского, а погода в Берлине самая любимая для вылазок по городу и за город и для прогулок и игр? Погода свежайшая, как майские грозы из дневника выпускницы довоенного сытого строгого цветистого времени где-нибудь в Подмосковье - как из прозы Аркадия Гайдара про Тимура, его команду и вообще как из его историй про всех самых лучших парней, такая порывистая подвижная волнообразная свежесть воздуха, стремительная, как его подмосковные электрички.

Но нет, старики те мне не неприятны. Они органичны и очень даже естественны в своей глухоте, винопийстве, локальности, чтении трудов пятьсот лет назад почившего патрона. Самое то, железяки, традиция, верность и так далее, ещё до-немецкие доблести. И даже мне интересно туда ехать, потому что то, что я говорю и скажу им вот, к примеру, оно устроено так, что оно хочешь не хочешь сделает и их мне собеседниками, так как это универсальное средство, разъедающее всё, неважно, на каком материале. Совпало мило, что на материале мной знаемого и любимого, и ими, Николая Кузанского. Мне попросту хочется попробовать силу мной изобретённой риторики, анализа, речи и на них, а то давно не на ком. Все очень поверхностны. Так что очень логично податься к простым старым искренним и в своём лицемерии виноделам и винопийцам Мозеля. Итак, еду я с добрым сердцем.

Но, вообще же, мне постоянно хочется ездить, перемещаться. Вот и вся причина, почему этим летом я перемещаюсь всё быстрее и не думаю закончить перемещаться и в сентябре. А Берлин мне даже жалко оставлять, от жадности - я уже семь лет здесь, и постоянно нахожу, куда на два-три дня здесь переместиться, за город, новые и новые пригороды, "объекты", здесь невероятно много всего, иногда я иду по двадцать километров в день, один или с кем-то, и мне всё мало, мало, мало, особенно, если погоды такие стоят, как сейчас.

?

Log in

No account? Create an account