Саша Силкин (berlinguide) wrote,
Саша Силкин
berlinguide

Category:

Степь

Пекин огромный, пустой в среднем, он как степь вокруг. И он не светится как мегаполис, тем более, как азиатский мегаполис. Он скупо освещен желтым необходимым электричеством, ровно, оно стелется как низкая трава в степи. От этого тоже ощущение простора. Суета здесь эпизодична во времени и в пространстве. Так, туристические улицы или съезд народных депутатов если. А с самолёта так и вовсе это степь, ничего разноцветного, тёмные небоскребы, только магистрали дорог и улиц составлены приземленными огнями, как огнями костров. От этого сразу всё обозримо, на ладони. Да и нет у города вертикалей. А города много, уже с аэропорта, где рядами, километрами в темноте стоят тихо тысячи самолётов правильными рядами и кварталами, как склад, не тесно нисколько, удобно, тоже потухшие, а зажигаются только дорожки, куда ехать автобусу с пассажирами или садиться и взлетать самолёту, и сразу тухнут как только автобус или самолёт по ним проехали, и снова темнота и никого, поля силуэтов самолётов в темноте до горизонта и дальше.

Автобус едет от места посадки самолета до аэропорта минут пятнадцать. В аэропорте пусто всегда, никаких бутиков, торговли как в Бангкоке или в Москве, где пассажиры ходят жмутся по стеночкам мимо пустых ярких магазинов, все удобно, недалеко, автоматизирован и паспортный контроль, все службы рядом, но люди не толпятся, и свежий воздух. В пекинском аэропорте шепот отражается от волнообразных стен и потолка, запросто может стоять шесть кресел на зал триста на триста метров, вокруг них только гладкий мрамор, высокий потолок и огромное стекло стен.

Городу не идёт южная азиатчина, рынки, постоянная еда и торговля. За год это все почти, что потрясает скоростью, убрали, эти пережитки раннего капитализма, задержавшиеся навсегда в Таиланде и в России. Убрали и ночную торговлю, супермаркеты больше не то что круглосуточно не работают, но в десять вечера теперь максимум закрываются. А раньше пекинцы любили в них ночами гулять, щупать товары, своё достигнутое благосостояние, даже и не покупая ничего. Теперь им это неинтересно, наелись, а также поняли, что это не свобода, когда-то чаемый Запад в виде этих ночных часов работы, а излишество, консьюмеризм, наценка. Во Вьетнаме любят ночную торговлю, в России и в Камбодже. За дух запада и свободы, все никак не надышатся, не натешатся своими выдумками о жизни истинной.

Ночь в Пекине темна и глуха как в деревне. Мне это так нравится после шумного круглосуточного дурдома улиц Берлина и нескольких душных и тоже шумных ночей и дней в Таиланде.

Сегодня был праздник первой полной луны в новом году. Полная луна подсвечивала силуэты огромных здесь немногих храмов, они как горы, у дома один такой - храм Барабана. Днём храм этот буянит, барабанит, гулкие медленные литавры и колокола, там храмовые петухи целый день орут (кстати, здесь, как и две недели в Лаосе, я встаю буквально именно что с петухами - теперь слышимыми из храма Барабана). К вечеру он пустеет, затихает и темнеет, но параллельно его затиханию медленно с фонарями включается всегда полная туристами улица перед ним. Он стоит за ней тёмным силуэтом как гора. Он не пропадает с наступлением вечера и оживлением улицы, а, наоборот, еще более обозначается, поднимается и нависает над разноцветными огнями баров и красными фонарями ресторанов в темноте как гора, он молча и отчетливо, просто и ничего не сообщая проступает. Это жутковато поначалу смотрится, он так огромен и высок, что на него не падают блики веселья, света фонарей и машин. Он тих и он из тяжеленной глины сделан темно-красной. Толпа с шарами, изображающими полную луну, шла мимо него по барам. Потом потухли и они, потом притушили дорожные фонари и он снова чётче и темнее обозначился силуэтом в ночном тумане, холодает здесь по-степному быстро и освежающе.

Я не мог больше выносить постоянную сауну Лаоса и Таиланда и раньше уехал в Пекин, чем очень, крайне, доволен. Ночью, с десяти вечера, за окном до горизонта деревня с редкими огоньками, с длинными отставаниями перебрехивающимися псами, пьяные мужики по дороге домой базлают песни и смеются где-то вдали, акустика невероятная для города с 26 миллионами жителей, а ведь эти одноэтажные полуразвалившиеся зачуханные ебеня с курами в клетках - это самый центр города. Кстати, тихо и пустынно после десяти вечера во всем городе. Да и днём просторно, так как город хорошо продуман.
Tags: Пекин, психофизика
Subscribe

  • Моральные муки

    По-моему, моральные муки устроены так: 1) это душевная боль, самая, то есть, настоящая боль, но она без локализации; 2) это постоянное сбивание,…

  • (no subject)

    Самая худшая прокрастинация - от инерции хорошего сна. Ничего не хочется делать потому, что хорошо, потому что нега, а не потому что устал, упадок…

  • Как же попасть снова в Пекин?

    После того, как мой друг написал всю правду об уйгурах, ёбнутое китайское правительство вместо того, чтобы навсегда выгнать моего друга обратно в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments