Саша Силкин (berlinguide) wrote,
Саша Силкин
berlinguide

Categories:
Предпоследний день месяца. Две недели ещё решается вопрос о визе, или даже меньше, но времени ждать нет. Заключил договор на кредит в автошколе, мне нужны права на машину. Заключил договор об интернет-линии, очень выгодное предложение, за двадцать евро в месяц шестнадцать тысяч кб/с, при переезде переносится. За две недели любой договор из этих можно безболезненно расторгнуть. Пришёл ответ из кадрового агентство, летом теперь на месяц можно поехать на строительные работы в Норвегию и в Голландию, тоже на месяц. Сидеть ждать здесь, пока государство даст полторы тысячи евро на языковые курсы - я офонарею за лето, да и до него. Теперь меня в Фульде ничего не держит. Если конечно, за две недели вообще не предложат уехать в Россиию, не выдав вида на жительство здесь. Но там такие пейзажи, краны падают, и всё это ещё называется Москва - и не хочу я туда.
***
Вспоминал тут о любимой работе, о том, как это много для меня значило - но вот пока и не знаю, что и сказать. Аудитория, студенты, отсутствие начальства, интриг (ну почти) - то, что давал университет. И радио тоже. Но вот падающие краны, самолёты, то, что там всё на соплях подвешено и никому ничего не нужно, а лишь спешный заработок и вывоз денег из страны и вывод их вообще из любого что крупного что мелкого дела - это сильно отвращает.
***
Со следующей недели я буду ходить на курсы автопогрузчика. Хоть что-то стоящее я поимею с моей ставшей теперь ненужной работы "садовником". Это только так называлось. Да, обихаживание клубм и дорожек, вокзалов за городом, они как сады здесь. На деле я просто собираю мусор, накиданный на клумбы. Его тоже нет почти. Что радует. Не радует целый день низкооплачиваемого безделья. С весны начнётся ещё и кошение травы и ещё какой-то экзотический маразм, но я до этого времени уже думаю свалить оттуда, получив какую-никакую, а профессию здешнюю, причём, востребованную. Я же устроился просто для продления вида на жительство.
***
Можно и в Норвегию на стройку не ехать, и мне неделя на ответ. Но мне хочется новых впечатлений. Да и куда-то надо сбежать от здешней летней жары. Я боюсь здесь психически опять поломаться, если останусь летом здесь, в этом городе, рядом с Машей, отношения с которой испорчены, как я понял, надолго, и буду учить язык, чему всё никак не могу вполне отдаться, и читать свои книжки, наконец-то пособираю за долгие годы с их полей урожаи. И эта жара, от которой я устаю как ни от чего, и то, что один, и мало денег постоянно. Так что лучше Норвегия и Голландия, стройки, мне нравится физический труд. Мне не нравится только работа в коллективе, мне не нравится соприкасаться и как-то соотноситься с многими людьми. Вот почему универ и радио мне нравились: пришёл, проорался, чистое твоё шоу, в моём случае так и вообще мне никто не мешал никогда, и сильный умственный и эмоциональный контакт, сделанный всецело тобой же, и контролируемый тобой же. А потом пришёл домой - и ничего нет, тишина, просто где-то в части головы идёт конденсация энергии "на завтра", молчаливая, на эфир или лекцию, и нет остатков от людей внутри, нет необходимости вообще ни с кем лично пересекаться месяцами, а посмотреть, как люди живут, можно и через ЖЖ. Полностью приватное приватное, полностью публичное публичное, прекрасный герметизм ситуаций, они не пересекаются, их равновесие. А вот даже на теперешней моей работе меня раздражает наличие других людей вокруг.
***
После суда в четверг я был очень помрачён, я был крайне мрачен. Зло от того, что не могу объяснить моей бывшей жене того, как просто можно не уродовать психику ребёнка в сложившейся ситуации. И никто не может. Но я бы мог, если бы она захотела. Мне так казалось. А на этом суде я долго видел и слышал свою фрау, и до меня дошло, что если это поверхностно теперь и понятный мне человек, то глубоко - очень чужой, чуждый. Я не понимаю её логики. Именно это отличает своих от чужих. Ситуацию того, что она не сможет мне быть даже партнёром в воспитании ребёнка, и только будет продолжать углублять ещё долго ситуацию утраченного ко мне доверия Маши - я вот это понял, только сегодня, оставшись не дома, а на работе, когда выветрились совсем остатки алкоголя и эмоций от этого суда. Она транслирует Маше соё ко мне недоверие. Оно же... оно такое сумасшедшее и смешное, и такое именно как к чужому, что вообще вопрос: да что же ты за десять лет рядом вообще ни во что не въехала, что ли... вообще ни разу?.. Я не понимаю. Одна здесь надежда: с возрастом мой ребёнок осознает и мать, и быстро, и перерастёт её.
***
Всё это размышление о своих и чужих, заливаемое трое суток, но всё же совсем разносившее мне голову, оно подытожилось тем, что я обострённо сейчас чувствую границы своего мира, окружения. Вот эти мысли о том, будет ли коллектив на новой работе, эти воспоминания о любимых работах, мне не нужные воспоминания, постоянный перебор людей, которые вокруг меня, в уме в последние дни.
***
Иногда мне кажется, что нужно остановиться, куда-то вернуться, глупое желание и страх. Страх поехать в Норвегию, страх получить права, страх пойти на курсы автопогрузчиков, страх перехать в новую квартриру, как я и хотел и сделал бы уже, если бы не неясность с видом на жительство и не судебная беготня. И вот это удовольствие, когда приходишь домой - и дверь сладко на ключ изнутри закрываешь, и это твой дом, это твоё пространство, герметичное, открытое только через монитор и ещё лишь одному-двум людям, и то лишь как фактам и исполнению лишь твоего же желания, эссенция приватного, т.е. открытое ровно на столько, насколько оно вообще неприступно и через монитор и речь, даже через речь и что бы здесь ни сказал, в заведомо невозможной попытке дневника, сладостной этой заведомостью, попытке странного дневника - когда пишешь здесь, ведь чувствуешь тоже только, просто долго, поворачиваемый ключ в замке изнутри, опубликуй хоть самый тонкий текст своих размышлений, делающий тебя практически беззащитным для взлома, интерпретации, любой формы взгляда со стороны, постороннести, соблазнения, симпатии или антипатии, или любые проходящие сюжеты или обнажённое фото, или фото заплаканное или же самое смеющееся - это не имеет ровно никакого отношения ко мне самому, это лишь вычерчивает границу мне же - моего же мира, во время этого письма, да и потом. Странный человек был Франц Кафка, он не понимал этого, что ли, завещав всё написанное им уничтожить. И вот не вопреки, а как раз поэтому, я думаю, что абсолютное, абсолютно выдержанное приватное, как вино в герметичной посудине, - это как раз и не есть мир без другого, а это первое и важнейшее условие, т.е., только лишь ты сам, твоё желание, ни с чем не перемешанное больше, - условие абсолютного другого, этой роскоши.
***
Пересмотрел вчера "Возвращение" Звягинцева. Ещё раз убедился, что папа там просто обычный бытовой идиот. На редкость идиотский персонаж. Назвать его отцом у меня язык не поворачивается.
Tags: Германия, Кафка, дневник, кино
Subscribe

  • Исключили фетишизм из гей-парада

    Исключение части сообщества! Лицемерие! Возврат в средневековье! Снова полиция нравов! - содержание статьи и комментариев к ней. В Бремене заранее…

  • Возвращаясь к женской доле

    Вспышка женского негодования, выразившаяся в кампании MeToo, имела своей причиной разрушение полового стереотипа, половых ожиданий, она произошла на…

  • (no subject)

    В немецких новостях страх, потерянность, уязвимость немцев в ситуации произошедшего наводнения канализуется хозяйственно: разрушен магазин, завод,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments