Саша Силкин (berlinguide) wrote,
Саша Силкин
berlinguide

Categories:
<...> В любом случае я постоянно буду, ну, до какого-то, видимо, момента, оставлять запасные аэродромы, обдолбанную синичку в руках. Ну, запуганный, нерешительный и так далее. Синичка не может быть Кардинальным Соблазном вернуться. Просто это синичка, не больше. Синичка не может стать вместилищем Кардинального Фантазма "всё могло бы быть иначе". Синичка - это просто оплаченная на три месяца вперёд квартира в Германии, оставленные здесь вещи, несколько особенно составленных договоров. Синичка ужасна, да, ну а то, но от жизни когда не ждёшь ничего вообще хорошего, а думаешь только о рисках и, т.о., их снижении, параллельно оценивая Журавля и находя всё, что нужно в нём и как в Синичке, и более - как в Журавле. Только, кажется, изжит сам жанр Журавля, журавлятиной не питаюсь, некошерно, не могу себе позволить пока что такой праздник. Синица полезная птица в том, что она охраняет людей. Наверное, в какой-то мифологии так и есть. От чертей. Она не может разрушать мой опыт доверия, деинсталлировать ну хоть что-то, не надо на неё коситься. Я хотел бы подарить и тебе такую же. Тебя шокировало это предложение, однако, порой. Ты хочешь быть со мной в одной лодке. Но я настаиваю на всяких пташках. Впрочем, у тебя есть тоже синица. И во всём этом, - почему я откармливаю синиц, - есть один процент чертовщины - не поддающийся, т.е., ни воле, ни рассудку - я не могу его просчитать. Я всегда буду теперь откармливать синичку. Хотя я могу просто забыть о ней. Значит, такова её судьба. Я буду счастлив о ней забыть. Нет жанра "принять решение". Равно ли это "какая я боязливая мразь"? Я боязливая мразь. А то. Я мегабоязливый, но не мегамразь никак всё же. Это надо разделять. Снусмумрики несомненности/сомнения могут, конечно, атаковать меня в парах атмосферы героики, мол, "вот, Решение". Но маловероятно. Что тварь я дрожащая - это мне уже давно стало ясно. Я даже не стесняюсь. Я открыто трясусь теперь всегда и призываю всех к трясучке, не хожу и не тряхаю, а просто призываю трястись мелко, по наитию, по завету, по доброй воле, осознанно, авансом, трястись наперёд. Только я никого не кидаю. А то, что я в глаза смотрю лучезарно и могу думать, куда мне идти в случае чего - так я это и говорю, и сказать всегда могу, что так думаю. Искренне смотрю любя и искренне думаю, куда в случае чего мне. Говорят же те, кто сведущ в этике, что это возможно, пока не увяз коготок. Ну... я не боюсь быть вместе, быть в чём-то, быть вовлечённым, хотя и редкостно отвязан, и пусть увязнут все мои когти и лапы и шея и с головой. Главное, что искренне, т.е., желая, т.е., по обоюдной значимости, необходимости ...Решение. День за днём оно само оформляется, тем, в каком направлении совершаешь усилия, действия. Или не совершаешь, а продолжаешь виснуть в двух направлениях, или, обессиленный такими нагрузками, просто подыхать по течению Синички. Потому что ну кто сказал, что в жизни мы не просто более-менее интересно и забавно или болезненно подыхаем? Я вижу только это, между прочим всем остальным если отметить. Только знаю, да, что-то порой параллельное этому другое. Гарантированно эту жизнь можно только влачить. Т.е., волочь. Одна зима, две, месяц рыбьей кости, я покажу тебе ещё, Космодемьянской белое плечо Сказать я хочу - я хочу, т.е., и я отдам и то и то и то - да мне легко ведь, и есть, что отдать. Почему я живой? Потому что назло и просто по тупости и равнодушию. Эстетически (?) отвратно взять и угробить такое существо, потому я не пью, потому я барахтаюсь, мной только отвращение движет-то по жизни и собирает. Только сказать это я хочу - что же нужно для этого решения? - которое изменяет существо с момента его принятия, и я знаю, как. Рассудок бессилен. Интуиция выломана нахрен давно. Только время, чистое начисление ситуаций покоя. Вот что верное. За что я себя упрекаю, думая, что туп. Да, тупой. Ни интуиции, ни рассудка. Всё и всех воспринимаю как тупые дискурсивные полигоны и аппараты сложных полигональных логик, жёсткие скрипелки типа старых механических кассовых аппаратов, и себя прежде всех, и на том стою и стоять буду, пока не упаду от отвращения к этому. Самые любимые, желанные, заботящие меня - прежде всех просчитываются мной именно так. И объединять меня с ними движет, начинает страх от этого ужаса, машинеарности тупизны этого, и больше всего сострадание, что мы все вот и есть такие недоделанные твари, кассовые машины старого типа.

Т.е., за себя я не боюсь нисколько, просто интеракциями свойства более, чем рассчитанное влачение, я не придаю значения, не доверяю - я просто не хочу тормошения излишнего, суеты в этом плане (душевном?:) - ну да, ведь разве что-то ещё осталось интересного?). Я могу только подарить себя. Вместе влачить легче? Не факт...Иначе, откровенно если, я не переживаю за себя вообще. И я не выбираю, кому подарить-то особенно. Кому это нужнее - вот так будет верняк. Кто-то заметил, что в последнее время, мол, я ищу человека, о котором мне нужно заботиться, т.е. слабее себя. Какой бред. Кто я в мире, что у меня есть? Ничего. Я лишь, млять, мать Тереза, согревающаяся лишь своими пробежками и чистой выработкой энергии, а если что... дык нет у меня, хахаха, ничего, от терезианства ничего не сдерживает, на крайняк я могу раздаривать себя в розницу, обогрею мир так или иначе, чего уж там, порадею в альтруистической логике. Нет ничего - именно что так, причём тут "слабее", и кто это видит? - и я не вижу это чтобы именно взять выцепить и видеть, совсем не это. А как?.. А так. Переживая другого в этом именно кошмаре, я как-то вижу почему-то, что это всё страдание. И бОльший интерес вызывает тот, кто так же противостоит этому мракобесию, машинеарности, выбешен или сдепрессован этим. Ну вот например, вокруг моего дома парк, лес, дороги, по утрам давлёные ежи на дорогах, размазанные улитки, большие и маленькие, прекрасные также и жабы. Поймал сегодня мысль, смотря на их трупы, что думаю, замечая краем глаза, только так: испытало существо боль или нет, когда умирало. Т.е., сразу размазало его или оно мучилось лёжа потом. Были счастливые твари, пошли вкусно пожрамать... Так вот, хрен с ним, что я сторонюсь здоровых счастливых тварей, мягко говоря, я их не понимаю больше... человеческое, а не просто логика популяции, собирательства благ, накопления и адаптаций - вот эта мура вся - человеческое не в этом.

Почему, кхм, мура? Почему так жёстко ограничивается человеческое, чем? Да и кем? Мной?:) Потому что я старинным образом уверен, что человеческое - это... выбор. Т.е., это как? Всё те же яйца отсоса жизненных благ, только более сбоку, более изощрённо избирательно, а не всё хавая? Т.е., какой же кайф ищу я? Ладно, гордо назову, что человеческое как есть. Так те же яйца или нет?

Не, я думаю, человеческое - это когда похуй вообще до процессов соотнесения с реальностью, если честно. Выйти если из этой бани, парилки, пота. Т.е., некоторых просто не вставляет. Они что - не люди? Ну да люди конечно тоже. Т.е., человеческое - это когда мной движет вообще-то только мной же сделанное. Это очень-очень странная фраза, кстати. Курам на смех даже. Адаптация... ну да, заставят - так и не к тому адаптируешься. Что же здесь человеческого?.. Чистое животное. В общем, человеческое производство вещей несколько иное, чем животный комбинат по переработке силоса в мышцы, приплод, говно. Изощрённость не при чём. Человеческое - это такой степени помысленный комфорт проживания, такой степени гарантийность в пределе, что о бедные твари, их не будет в этом мире, не будет солнца, не будет тел, инфекций и случая, закона притяжения и видового многообразия. Но это не унылый мир. Он просто основан на машинке, которая сама может творить мир. Несбыточная предельная логика, рождённая тоже животной логикой, как доведение её до предела: обеспечить выживание тем, что совсем отказаться от соотношения с враждебным миром. Люди дают гарантии, придумали бесконечность, раздают обещания. Обалдеть. Конвенционализм украшает этот вид. Не знаю, насколько помогает выживать, но красиво. Я иногда думаю, что это переродившаяся в рак просто система ожиданий, как и у животных, её удвоение, она разрастается в некотором лучшем лишь из миров, всё то же следствие возможности повторяемости.

И вот здесь важный подскок: а отнимем-ка возможность повтора. Т.е., сегодня два на два четыре. А завтра с утра пять. Куда денется человеческое, гарантийное, понимание, конвенция, поле значений?

Половину этих жестов и практик хранения изумительной (нефальсифицируемой) информации снесёт сразу с увеличением скорости изменения мира. Но вот выбьет ли это изменение условий проживания из этого вида его жизненно важную логику, такой способ адаптации популяции к реальности и трансляции опыта, как конвенцию? Не думаю. Слишком мощная штука, может паразитировать на всём. Т.е., вот голод. Надо съесть мартышонка номер такой-то. Вариант первый: его мы сейчас умнём, никак не конвенционализируя. Просто превратим в посторонний ресурс, выйдем сами, его выведем, в животную логику ресурсов и простейше материальных обменов и умнём малыша на всю компанию. Вариант два: мы его умнём, но означим это так, как если бы съели не вполне мартышонка. Он был болен и помер сам, например. Вариант три: мы все помрём, мартышонку не тронем. Самый, кстати, возможный вариант. Не всех ели на тонущих кораблях. Это так сейчас модно говорить стало. В каждом маленьком ребёнке есть по двести грамм взрывчатки. Т.е., человеческое стадо высокомерно до последнего почему-то не хочет признаваться в том, что оно нуждается в посторонних ресурсах, что ребёнка надо съесть, а человеческая жизнь стоит вполне определённую сумму. И это не думаю, что тренд эры глобального альтруизма и нефтехалявы, обеспечивающей мощный прирост популяции и сам альтруизм (это было золотое время человечества, конечно, практически вечного двигателя). Или съесть собачку домашнюю (перенос логики на отдельный объект, персонификация альтруизма, фетишизация тренда). И не съесть не потому что ребёнок как-то реально ситуативно ценен, или собачка. Из голода, признаваясь в этом, никто не захочет съесть малышей, даже забывая про глобальный альтруизм. А не съесть следует так, будто носители опыта, сам многообразный опыт - до сих пор (т.е., и в катастрофе) ценнее, чем просто выживание уже готовых носителей опыта. Впрочем, так и есть, так что выживет один.

Однако в истинном (истинностном, гыгымс...) нашем фантазме человечностью мы и после этого назовём лишь всё более постоянно прыгающее на шаг вперёд всяким детерминативным логикам предпочитаемое... интимное переживание, никак не соприкасающееся с этими логиками. Т.е., докопаться до сути вопроса, почему не "ты сдохни сейчас, а я потом", а наоборот - невозможно. Этот перевёртыш и есть нехитрая наёбка человечеством природы-матери, т.е., когда наоборот, а не как в цитате.

Я хочу как-то этим замечанием сказать, что человеческой логике свойственно просто нелогичное не-следование своим пределам и не-следование просто логике ответа на просто раздражители реальности. Несомненно, и даже именно в аспекте выживания популяции, что это мощный движок для изобретения новых адаптивных практик. В этом заложен в пределе замах на уничтожение реальности (господи, скорее уже бы).

Человеческое. Я смотрю тебе в глаза, и знаю, что ты это тоже знаешь, вот "это всё"... Я вижу твою жизнь, я знаю, что ты понял, что произошло вообще. Лягушки, ежи, улитки, жабы - павшие в этом сумеречном побеге к благам жизни в наш райончик их так тянут сады, яблоки, прудики, помойки роскошны отменно - жизнь кипит, у нас делают детей круглосуточно, аж на улицы не выходят, даже на работу не ходят, потому что и так на работе, работники репродуктивной фабрики, полностью практически субсидируемой государством, ёбля, как я думаю, такая стоит, что аж шторы пять раз в день задёргивают, а выходят только дети играть, у нас не район, у нас детсад ведь... Да, ежам не повезло. Ну знали, поди, на что идут, на дело верное, на риск, жизнь или кошелёк ведь... Кто не рискует, тот с леса к нам не переберётся, шампанского не попьёт, как пить дать... Риск компенсируется относительно популяции именно, так, что даже не страхуется, как я замечаю, никаких Синиц, и в этом доблесть каждого павшего ежа.

Т.е., в давлёных ежах нет ничего трагичного. Трагичны ежи, когда они вообще к нам не ходят - так, что ли, понимать?..

Каких я-то люблю ежей? Я люблю... Я очень люблю, как бы это сказать, - да-да-да-да, вот и логика идентичности взработала, очнулась, - таких, как я, ежей. Зачем мы друг другу? Вместе мы - сила?.. Не знаю я. Ничего я не понимаю, видимо. Я боюсь таких, как я, а понимание считаю самой опасной иллюзией. Оно-то меня и настораживает. Я всё время думаю только о продуктивном непонимании, действиях по конвенции, "от и до", то есть, ну ты переведи меня через типа Майдан, а дальше у меня машина, и я тебя подброшу... А зачем бы всё это? От этой ли суеты я получаю удовольствие? Нет. Но как остро переживаю я всё же, когда реально могу помочь и быть нужен, жизненно нужен.

А вот почему эмпатию, симпатию - я не считаю пониманием, т.е. я не расцениваю как бред (понимание... хм.. какие отличия... понимание, хм... это же просто изысканный бред... А чем симпатия бред менее изысканный? Ну она просто на витальности основана, что-то более древнее, "ты не смотри из-под тёмных бровей, я не придумал улыбки твоей", а понимание... хм... ну-ка постой, вот так стой, так хорошо, я тебе сейчас придумаю и брови и улыбку... всё же на интеракции завязано, на языке, представлении, целях)?

Ну вот, слово "нужен". Тянет ли оно за собой интеракции?.. Ну я так не думаю, кстати. Вот, "нужен". ЗАЧЕМ? Не знаю. Мне вот никто и низачем. Однако, некое "нужен". Просто "нужен", "симпатия". Иногда до боли и очень настоятельная симпатия, до страха, до ужаса оставленности.

Прик-кооооооолллл.... Ладно, пусть будет категория "нужен". А не лирика там всякая. "Я тебя люблю за то и за то и если". Да уж... Мне вот уже давно ни то не надо, ни то, ни тысячи альтернатив за "если" стоящих.

Не могу держать этот кошмар в себе. Иногда мне кажется, что вся именно вот эта, пусть так сложно сейчас выраженная мысль - это и есть то, что тикает во мне этой какой-то бомбой атомной. Ощущение уходящего времени также, растраты, оживающее при приближении к человеку именно что, который симпатичен, т.е., что я раньше просто растрачивал себя, отбирал у него - "неудачное прошлое" переживается так... Так я переживал свою семью, ребёнка, себя к ним. Существо же, сам я, в этом, в режиме и самого по себе и в режиме симпатии воспринимается как коробка с клеммами, дискурсивный конструктор "Сделай сам", воспринимается не более как ресурс для симпатичного. Тикание же собственно бомбы-ресурса, ещё-не-доставленного по назначению для переработки в мирный атом, затихает в каких-то ситуациях. Их всё меньше, я плохо могу зафиксировать, в каких. Тупость и туман в сознании. Страшно особенно бывает вечером.

Ну насколько я родовое, видимо, создание, ficken-graben...

Не, вместе мы, конечно, сила. Но важно и не это. Что-то делает меня неравнодушным иногда. Что же может вывести из равновесия кассовый аппарат? Референциальный шок? Т.е., допустим, нулей не хватает, чтобы на чеке пробить?.. Да нет, это была бы логика недодавленных ежей. А немножко беременным быть не надо, нельзя. Чаще всего из равновесия выводит нарастание непредсказуемости, страха, то есть. Но также и другое - симпатия. А что это? Миссия? Когда страх преодолён и реальность приручена, можно и поебаться?.. Да нет же. Всё так параллельно. Т.е., вообще независимо один поток от другого. Мешать не хочется. Т.е., дело не в страхах от интеракции или симпатии, потому что уже понятно в этом мире, что всё просто, будет вам и ёлка, будет и свисток...

Да-да, что же делает неравнодушным, производит сами эти состояния и поля возможности... хм... ситуативность - поверх кассовости аппарата?.. Симпатия и хрупкое сохранение жизни. Хрупкий опыт. Сложно найти обладателя такого же, того, ту идентичность, где такое востребуется в том же режиме сохранения этой хрупкой жизни. Так что, вот меня кто только за весьма жертвенное переживание любви, другого - ни шпынял, но никакой жертвенности здесь нет. Просто резонирует тот же покой, то же знание. А кроме этого резонанса вы вообще можете уже никак быть не нужны друг другу, никакого эффекта, и жить-то вы нежизнеспособны больше. Т.е., некий даже вектор такой уже, что не важно, умираете вы или живёте, сколько бы вас ни соединилось, в поход через дорогу или в тихое сидение в норе. Сам этот резонанс заглушает и бомбу. Никакой, т.о., жертвенности, просто весьма запредельный простым сюжетам и вещам уровень нужности, связи, гарантии. С этой точки зрения декабристки - те же ежи, дурочки. Куда их несло? Там и без них плюнуть уже негде было. И всё было ясно. А я не декабристка. У меня ничего нет почти, что я привёз бы в утешение в Сибирь. У меня дети. Поэтому умные не поехали. И я не невротик. Мне не тревожно. Нет. Вот мне вообще не тревожно уже никак. Мне просто иногда непонятно. Потому что я ничего уже давно ни с чем почти не соображаю. Т.е, банально я не соображаю ничего почти. Я только знаю, как сделать то и это... Но... что такое соображать? - это целеполагать, делать такие цепи действий. Ну, хахаха, тут просто простор фантазии и ловкость рук, от коей уже повторно ничего не страшно.

Я лирику, т.о., не люблю, не понимаю. Зато я понимаю, когда я нужен, именно я, тот самый реальный кассовый аппарат, опыт, тварь, сплетение опытов. Одновременно это и не ценя, получается... Когда я нужен для выживания - или когда я симпатичен. Я или мне? - а это уже стирается. Наверное, потому что у меня миссий нет?.. Хорошо, нет. Ладно, урод. А откуда такой нюх-то тогда? "Да, ты парень для жизни, мне этого много, я не могу это принять". Да и что. И говорить этого не надо. Приятно, что говорят просто правду. Можно с тем же успехом просто сказать, что два на два равно четыре. Но я подумал: меня что, предупредить хотели? Смешно. Я вижу сам. А интерес... ну дык я же глазами-то хлопаю по жизни просто, вижу т.о. Ежей всяких рассматриваю, меру их желания. Это однообразно, но полезно. Постоянно уверяться, что все одинаковы. А никакого желания - нет. Это жир. С него бесятся. Наркота такая это. Плоть дымится с неё валентностями. Якобы они помогут создать новый опыт, новый кайф, новый выводок ежат. Помогут. А то... Хорошо это. Как утренний стояк. Раздражает тем, что просто от переизбытка сил, здоровья, по дури. Нерассчитанностью, вводящей в соблазн. Некоторых на тему "кого бы трахнуть". Себя, деточка, себя. Ты недотрахала. Отсюда переизбыток. Маленький праздник Божьего Дара.

А что такое лирика, наркота? Кто это произнёс, я не помню. А, мне кто-то опять сказал, что я грустный, порой мрачный, ограниченный. Только какое маленькое "но" не отпускает, что невъебенно чувственный и чуткий. Дададада. А то. Только я хотя бы раз в сутки-то всё понимаю, когда просыпаюсь ночью, спокойный и ясный, на пять-десять минут, просто понять это, низачем больше, ощутить. А не чтобы ощутить крепкие стены, желание, наркоз, проверить кошелёк ли на месте и не проспал ли я идти на работу. Мне просто приятно кое-что понимать. Безжеланно и ненаправленно. Но иногда по симпатии-эмпатии. А что подскакивать от страшных-то снов. Все помрём. Все, - говорю я и просто улыбаюсь, это я себе больше, просто от хорошего настроения, а не в назидание потомкам улыбчив, просто и ясно, потому что можно просто сказать ровно вместо этой банальности, что дважды два - четыре. И тоже порадоваться нерушимости этих стен, ведь и они покоятся на нерушимости этой формулы. Или взвыть от того, что это непонятно, что это убивает. Если убивает. Мало ли кого что убивает. Я-то знаю, как быть здоровым. Вот такая штука. И приятно, если рядом есть такие же. И никаких тут жертв нет, чистая уверенность в тех же стенах. Просто уровнем покруче, да и всего-то. А настоящие стены тоже хорошо, только они всё равно меняются. Я помню, два года назад я просыпался в ужасе, не соображая, где я, первую минуту. Да, башка не варила, трудно было кассовому аппарату выживать. Не ходила бы ты, мать, на помойку через дорогу, не гонялась бы ты за Совершенством и Правильностью. "Но ты был мне так нужен..." Я не был тебе нужен. Это очень перверсированное высказывание. Высказываться можно только так: "Я так нужна тебе была, я так ощущала эту свою тебе нужность, что я уехала от тебя подальше". Вот так вернее уже, и понятно, хотя и малость алогично. Ну, как и весь перверсный мир. Усложним высказывание: "Я так была нужна тебе, а ты так глуп, что я, скрепя сердце, уехала, куда получше, чтобы нам было ещё там лучше, чтобы я была тебе ещё более нужна. Я написала тебе потом про это три с половиной килограмма писем, по два в день, но ты ничего не понял, как я тебе нужна, как я пережила это". Ну, т.е., уже во всю голову непростая логика, крайне жертвенно, совсем несомненно. Т.е., или проще: я там, привет, если я тебе нужна, ты приезжай... С каких хуёв?.. Никто никому не нужен. Если чо. Выживаешь сам по себе? - так шли всех нахуй и выживай. Если можешь - никто тебе не нужен.

Т.е., да, в этом примере к логике симпатии просто хорошо подмешана ещё какая-то логика. Нереальная, впрочем, конечно. Механизмы и основания нужности утрачены, и зачем бы их замещать на рассуждения о лучшем из миров? Лучший мир тот, в котором ты выживаешь, а обременить этим другого - ну, если ты ему так симпатичен разве что, а так лучше не связываться, не миксовать эти две логики. Две логики, да, нужности и симпатии, обнаружилось? Две, именно что. Одно не мешается с другим, соединить очень сложно. Нужна, если уж состряпать микс, или сильная, видимо, нужность, или симпатия, тоже сильная. Т.е., нужна сильная валентность, ну хотя бы одна, наверное. И это большая иллюзия, что кто-то кому-то нужен. Нет, нужны - только жизненные условия. Чистое небо над головой, папа, мама, сын, собака. Миру мир и так далее. С нужностью разобрался. А симпатия? Долгое время я переживал это как мир игры, фантазма, едва ли не творчества. Спаса на крови типа. Потом как "на крови", на всё же реальности - потому что нашёл за этим то, что людям как-то реально больно и инвалидно в нереализованности в симпатии, а не в нужности. Или ещё прикол: ты мне так симпатичен, что больше ничего не нужно. Нет, прости, но как же небо-то чистое безъядерное над головой? Небо - нужно, я - симпатичен. Что же ещё, какая конкуренция-то? Неба и меня?

Долгое время я считал симпатию просто реликтовым излучением, которое выталкивает частицы нужности, так сказать, конденсируется в нужность. Т.н., наоборот, чем абзацем выше. Одно - логикой детерминативной произведено, как "базис", как опыт, как структура опыта - нужность. А второе произведено логикой сложной селективности - симпатия как рулетка поливалентного перераспределения опыта, ресурсов - симпатия, сексуальность, "...она способствует переходу из класса в класс...", а учреждает этот тотализатор популяция в целях обмена адаптивным опытом.

Но для меня константно высказывание "ты мне крайне симпатичен, но не нужен"... Т.е., никак не нужен, чистое переживание человека как фантазма, игры на двоих, хомо люденса. Хотя, наверное, это усовершенствование названного уже тотализатора, лотереи, а суть лотереи - счастье всем поровну несмотря на заслуги. Но: "И вообще, мальчик, иди подальше, не мешай мне тебя придумать, девочка, не стой ты на дороге, какая ты милая..." Это как?.. Фетишизм, присвоение, вывод с популяционной орбиты себя, девочки, мальчика, ресурсов со станции "Мир"?

Маразм, кошмар, болезни - вот реальность. А что сверх кто ищет и видит- на помойку шагом марш, к рискам и шампанскому. Вот в И. была пустота, чистый хаосмос и движуха нестрахуемых порой жизненных рисков, полистилистика чистейшего реального не крепящегося уже ни к чему конструктора на двоих, на одного (неважно). Была порождена свойствами его психики, последствиями черепно-мозговой травмы и травмированности вообще, тотальной изоляцией, которая сначала была ему в Германии, поиска идентичности, семьи, себя, прошлого, здоровья. Я был заворожён этим. Симпатия почти, кажется, к этому и крепилась, ведь крайней степени очень, столько глупостей из-за этого, усилий в его сторону. Ни в ком такого не было, не встречал, такой движок, столько ясно осознанного ресурса свободы, поливалентности. И это не возраст. А теперь я думаю, что моя голова бы так и кружилась в этом. Потому что нет, это слишком не для меня, это слишком много мне почему-то, неважно, в какой логике, симпатии или нужности. Это другой космодром. Т.е., я всё же хочу что-то понимать, мне всё же страшно. Я избегаю маразма, кошмара и болезней. Зачем. Не знаю, просто очень страшно. Карен Хорни говорит о базальной тревоге. Но это не то. Страх не уродует меня. Я просто адепт страха, я перебираю его как чётки, в моей голове ужасы с утра до утра, сценарии и характеры один другого мрачнее и кошмарнее, мысль мрачна и светла, сдерживаема и противна как блевота и сладка как газировка в жару, мысль об этом кошмаре постоянна, хотя я и не вижу лишь уродство, кстати. Хотя именно уродство я и начисляю увиденному, пережитому, такая отрава во всём. Страх. Я ведь знаю, - думаю я в этом состоянии, - какая власть дала нам в руки кайло... Конечно, кроме него я ничего не знаю, не вижу. Да и зачем. Я не вижу, как прекрасен Божий Мир. Он ужасен, кажется, как я. Да я-то и есть Божий Мир... если чо...:) куда, т.е., деваться. Я только вижу, как он мрачен, насколько это непредставимый конченый кошмар. Не всякой там негарантийностью, нет, опять же, нет, не об этих детских сказках я. Я всё думаю, почему мне важно видеть, что кто-то это тоже ясно понимает. Вот в чём момент уже не видения уродства или нужности, а просто живейшей симпатии. Зачем? Чтобы жить? Вот я отвечу на этот вопрос, это и будет решением про Синичку тоже. Я люблю, так сказать, свою лошадку. Так сказать, причешу ей шёрстку неизменно весьма гладко. Да, конечно. Но вовсе не лошадку люблю. Вообще не знаю, что. Ну как и себя: не хочу угробить, хоть вот что, неприятно и так далее. Это в очень большой степени интимное переживание, я не могу его и высказать-то. Ах ну почему оно так связано с другим? Зачем.

Не понимаю, как в такой мрачной голове вообще существует симпатия, которая всё взрывает, вот все эти катакомбы-гекатомбы маразма, изложенные здесь сейчас. Она живая. Благодаря, видимо, и тому, что я такой тупой, потому она и не поддаётся этой рефлексии?.. Не знаю. Она как авантюра? Шампанское из газированных паданцев для ежей, цветы для Элджернона, навар на неокончательности энтропии в мире - мол, пока дышится - дыши, воруй и воздух и всё, что плохо лежит в мире, пока его тобой помысленный кошмар не съел? Ну, примерно так. Только за это "случайное" я готов отдавать то, что мне даётся как раз преодолением кошмара, совершенно подневольным с ним взаимодействием и носительством этого постоянно в голове. Я готов переносить, сносить, мучаться - ради случайного, дарового, по излишку, неоплаченного, ненужного, необещанного? - да. Да. Да больше из страха угодить в ещё больший ужас и кошмар - буду сносить, да, но я и это сверх-кошмара возьму, я всё беру, как помойный местный ёж - это я. Чистое дление-ещё-пока-возможного, эра неэнтропийной этики, переизбытка, оставившая валентности ещё живыми - такие это вот паданцы? Да, это паданцы, именно что вот так вот запросто упали, свободный от законов мира полёт, чистое тяготение, кстати, оно не энтропия же, падение, если вдуматься, а вообще иллюзия отсутствия сил, "безвольное движение, бесплатное, неоплаченная доставка, не мной поддерживаемая закономерность, - а не назначение, не добыча, не труд. Это паданцы. Именно. Это я, видимо. Такой же паданец. ...Не знаю я. Симпатия... необъяснимо. Роскошь? Не думаю. Но точно не гнусные своей натужной поступью и принуждением режимы нужности. Хотя, наверное, это тавтология. Хотя нет. В режиме нужности я кого угодно могу ободрать как липу. Обтрясу, паданцев наделаю. "Ты мне нужен" - это же приговор, это же пиздец, это полундра, услышав такое, то если не бежать, тогда лучше оформить брачный контракт. А в режиме симпатии сам всё отдам, так хочу. Так мне приятно. "Ты мне не нужен". Отлегло. Нет-нет, какое-то различие есть, т.е.

Всё сводится вообще-то, это собачье размышление, к логике "мне важно, чтобы ты жил, меня это радует как ничто больше не радует меня", к легитимации этой логики. Было бы просто подумать это именно в режиме популяции: чей-то опыт так важен, что партнёр просто выполняет коммунистический долг по выживанию более значимого в общественно-адаптивном аспекте товарища. Но это бред, даже рассказывать скучно, почему.

(Что такое паранойя, кстати? Ну это просто проявляется в перепроизводстве интерпретаций, которое констатируется тем, что их количество как-то явно больше количественно даже вообще наличных предметов и способов с ними обращения. Важно, что она требовательно взывает к ответу, к голосу от другого. Но это только видимость. Истинная паранойя аутична, это стоицизм прямо-таки. Т.е., безобъектное как раз мышление, умопомешательство).

Возможно, конечно, что да, все эти вопросы и сторожевые синички и тысячи отступных, коими я себя окружаю, само носительство полного тяжеленного кошмара в башке - это просто не повезло, ведь кто-то видит мир иначе, уютнее, полнее, выпуклее, многообразнее, меньше зла, меньше безумия хотя бы ну в самом себе. Но я вижу так. По глупости? Не знаю. Реально - что - произошло? Что страшного-то? Да ничего вроде. Неприятно думать, что я просто настолько дурак, что вижу так чёрно всё. Неприятно очень. А что делать. Стараюсь не быть свиньёй, очень стараюсь, да вроде и не есть. А остальное - ну, не сложилось отлавливать кайф от жизни бреднём... По дурости? Ну не знаю. Кто мне судья? Кто взвесит, есть ли у моего страха реальные основания, исчислит мне его генезис, если и так я всё помню, и не эмотивно размеченно, а фактично, кто скажет, а не атавистическое ли это просто избыточное помешательство, кайф перестраховки? - да вроде нет, я действую, находясь только в этом режиме. Никто не скажет, потому что я стал сам по себе, да и вообще нетранзитивные, слабо транзитивные опыты - я тоже думаю, что это свойство людей, конечно. Никто, только я. Я ограничен своим опытом, я смотрю на другие тоже. Потому что в своём страшно. Т.е., немало вижу другого, страх здорово открывает глаза, заставляет видеть. И так же, часто ведь, мне бывает просто слишком хорошо. Всё же я счастлив ведь, если кто не понял.
Tags: редкие попытки срефлексировать
Subscribe

  • (no subject)

    Ich kann tanzen – doch ich tanze nicht! Я могу танцевать - да, но вот, не танцую Ich kann singen – doch ich singe nicht! Да, я могу петь, но не…

  • Молодая русская берлинская проза: впечатления от вечера

    За последние два года я читал мои тексты раз пять. Четыре раза наброски к статьям по психоанализу. Понравилось. Но художественные тексты я мои не…

  • Вещи остывают?

    Чем похожи картины и таблетки и листы бумаги и книги - сегодня подумал, что своей отдельностью, счётностью, отстранённостью. Искусство в виде…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments