Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

борьба с короновирусом

Как же попасть снова в Пекин?

После того, как мой друг написал всю правду об уйгурах, ёбнутое китайское правительство вместо того, чтобы навсегда выгнать моего друга обратно в Берлин по моей просьбе (зачёркнуто) возит его теперь по стране, предлагая делать репортажи о новых породах генетически модифицированных пчёл, дающих всё больше и больше мёда, о надоях новых пород коров, о том, как охотно селятся птицы в экологически чистейших новых городах Поднебесной, о том, как славно зреет пуэр в тысячелетиями освящённых компостных ямах Юннаня, о том, как хороша, как легко пьётся водка, которую готовят в родном селе Мао Цзэдуна и так далее. Въезд туристам, к сожалению, запрещён и непонятно, когда его вновь дозволят. А на семейном основании визу мне не дают, они там такие браки не признают. А я так хочу тоже повидать птиц в лучших городах, отведать новейшего мёда и запить его старейшими сортами пуэра, чтоб всё было как было раньше, когда я приезжал в гости к моему другу. Не могу себя заставить начать писать рассказ во славу Китая по мотивам всех этих поездок, чтобы представить на один пекинский конкурс. Не могу, и всё тут. И не потому, что совесть, не потому, что писать надо про уйгуров, Тяньаньмэнь и десятках Навальных в пекинских застенках, а просто я ленив, видимо, и не хочу. А шанс попасть в Пекин, если выиграть конкурс (мой друг запросто переведёт мою прозу на китайский), велик. Но и не лень велика. Мне просто это скучно - писать что либо систематически. Мне нравится рваный кратковременный формат заметок сюда. Их, конечно, можно сшивать потом. Я так назад смотрю по блогу в ЖЖ, где проставляю теги, так получаются прямо эпические полотна, например, о Пекине или Лаосе. Но мне совершенно неинтересно заняться их сшиванием. По-моему, я совершенно развращённое существо, я делаю только то, что мне непосредственно интересно, это так. Я скрываю это от людей, чтобы не прибили ненароком из зависти или не засмеяли бы. Но это так. И в Пекин меня не возьмут, конечно, не будут кормить мёдом новейших пчёл и отпаивать старейшим пуэром. Хотя как знать. Иногда срабатывает так: надо закинуть что-то в голову, запрос, а потом внезапно, хотя, увы, и не знаешь, когда, вылетает ответ или даже рождается целый продукт. Дело в том ещё, что конкурс художественный. А художественных текстов я не пишу, не писал никогда, у меня с вымыслом плохо, да и не люблю и не читаю я художку, хотя и понимаю, что все эти сюжеты, перипетии и характеры - условность, а главное язык, тонкие наблюдения и т.п., но всё равно для меня было бы верхом неестественности взять и выдумать даже, например, всего лишь имя персонажа. А так-то я готов и хочу написать что-то, накатать даже очень много, во славу Китая, да я уже накатал очень много здесь во время моих туда поездок. Дождусь, пожалуй, конкурса эссеистики.
борьба с короновирусом

Музей настоящего

Психотерапевты, которые настаивали на том, что всё лечится присутствием в настоящем, называли его модным словом presens, мне никогда не нравились.

Во-первых, потому, что они придумывали настоящее в его тактильной, например, форме: "трите, трите этот шёлковый платочек, сосредоточьтесь на его фактуре, сосредоточьтесь на настоящем моменте" - дураку ясно, что это очень иллюзорное настоящее.

И второе: они не могли мне ответить на вопрос, а чем же отчаяние - не самое настоящее настоящее? Отчаяние - это состояние, не имеющее выхода никуда, сосредоточенное как раз в моменте. И как раз во время отчаяния люди склонны тереть платочки, бить головой об стенку и практиковать другие ожесточённые формы настоящего.

Мне не нравилась терапия настоящим. Сегодня ночью снилось снова хроническое учреждение из моих снов, Музей. Сегодня в нём распродавали коллекции экспонатов, а именно вещи, которые, возможно, были подделками. Собственно, Музей сегодня избавлялся от коллекции музейных подделок, так и называлась его сводящая с ума выставка в моём сне, "Музейные подделки" - предметы, выставленные в витринах музейного магазина, т.о., насовсем ускользнули от presens, их статус был неясен, подделки они или нет, ведь если они подделки, то они настоящие экспонаты выставки, но если они настоящие, подходящие экспонаты выставки, они подделки под экспонаты.

Все предметы, излишне говорить, были крайне радиоактивны, фонили ужасно все, так, что никаким прибором невозможно было считать их действительный возраст. И я пришёл в настоящее отчаяние, когда потратил все деньги на скупку этих вещей, и они все оказались подделками.

Этот сон привязан к моему детскому кошмару: когда мне было 12 лет, я выиграл краевую олимпиаду по биологии и в составе группы с другими юными биологами из СССР был премирован поездкой со всей компанией в Монголию в Гоби и в другие места археологических раскопок.

В Улан-Баторе я поверил одной проститутке, её звали Тулуп, и она была настоящая проститутка, она ещё и фарцевала, и продала мне много настоящих кожаных изделий, перчатки маме, сумку сестре и т.п., так вот, она продала мне сумку костей динозавров в качестве сувениров. А я приехал домой в Игарку и раздаривал эти кости как кости динозавров. А это оказались кости быков, с помойки какой-нибудь семьи в степи, кости, хорошо выбеленные солнцем, хорошо подстаренные, на миллионы лет визуально.

И я потом долго мучился тем, что я наебал кучу народа. И тогда мне стал сниться Музей. Инстанция совести и лжи одновременно. Повторяющий в своих чертах национальный исторический музей в Улан-Баторе (советский Дом Культуры по архитектуре, ничего особенного).
Jruesse aussem Kiez

(no subject)

Накопление мудрости к старости на понятном языке - это укоренение долгоиграющих хороших привычек, то есть, привычек, стабильно приносящих удовольствие. Мелочи всегда, например, бесперебойно приносят удовольствие. Почитал, сделал зайчика к Пасхе, яйцо раскрасил, напрятал яиц для детей по дому и по саду, будем играть в поиски яиц, посуду помыл, ужин готов - вот удовольствие, вот жизнь. А Берлин, конечно, с местной вынужденной, от нищеты, склонностью к экспансивным страстям, он от этого локдауна и карантинов загнулся. Город художников и секс-маньяков не вынес принуждения к мелочам и к хорошим долгоиграющим привычкам. На такие мысли наводит то, что на порно-сайтах все тоже как вымерли, в Берлине к весне в строю остались только жирные охуевшие от похотливого зуда, а точнее, от зуда тотальной скуки старики с веригами на гениталиях, они теребят свои причиндалы тщетно в попытках возбудить плоть, утратившую способность к возбуждению. Но большинство людей так и отказывается встречаться реально - так сильна антиковидная пропаганда, так сознательны геи, так склонны к здоровому образу жизни. Или просто импотенты давно уже. Давно уже я заметил, что в бой всегда рвутся одни старики. Им потому что умирать скоро, и они очнулись перед смертью чтобы надышаться, да не стоит уже. А нормальных немецких привычек, чтобы радоваться удачной закупке в супермаркете, ловко попрятанным для внуков яйцам и так далее - нет, не приобрели таких привычек. В голове только художество безбашенное авангардное и секс паральный угарный так и остался к старости.

Неприкасаемые

Режиссёр Рёлер хронически в своих фильмах издевается над своей матерью, но нигде так красиво, как в фильме "Неприкасаемые" (2000 год). Мать-нарколыгу и мать-прошмандовку в этом фильме сменяет мать-эгоистка, человек искусства, главная героиня фильма, а не закадровая всё предопределившая мать. Расправа с матерью в этом фильме красива как никогда ещё у него ни была, да, по-моему, и ни у кого: мать - деятель искусства, ставшая никому не нужной ни на Западе, ни в новой, объединённой Германии, как дура приезжает она в Берлин, бродит как тень в День Воссоединения, как дура бродит и носится по Берлину потом, тоже никому не понятная, красивая экзотическая птица, никому не нужная. Очень напомнила мне совсем, кстати, не шарлоттенбургских пенсионерок, получающих пенсии за своих мужей, ветеранов Третьего Рейха, хотя и их отчасти своей манерностью, одеждой, заносчивостью (особенно напомнила мне Сару Леандер, см. на мой юзерпик, которая хотя и не была пенсионеркой Третьего Рейха, но вполне могла ей быть и стала бы, если бы не отвалила благополучно в Швецию после конца Рейха, и могла бы жить дальше в Шарлоттенбурге, но оказалась умнее всех этих чванливых старух с мелкими собачонками до сих пор на руках в длинных перчатках), но напомнила мне массу русских, ещё советских, деятелей искусства, наполняющих Берлин и посейчас, звёзд, упавших сюда, на своё, ещё прижизненное, кладбище. Та же манерность, та же ненужность, те же компетенции зарабатывать на жизнь хорошими манерами и уроками игры на пианино по совместительству.


shatny_zhene

Пришла зима

Мальчик с третьего этажа, любивший в марте курить траву на балконе голый и в одиночестве, но с наушниками на голове, в апреле сломал руку и почти перестал выходить из дома. Зато почти каждый вечер дул и пританцовывал на балконе. В мае он переболел ковидом, единственный в доме (в подъезде, если по-русски), курить перестал даже сигареты, и я считанные разы видел его со своего балкона, а его кашель и кхыканье были слышны до июля, и я видел его летом и этой осенью всего два раза на улице, когда он выносил мусор. Летом я часто ездил на Wannsee кататься на лодках, в сентябре мне пришла мысль позвать его с собой, но он не открывал дверь, а на балконе его было не видно. Увидел его вчера в подъезде. Из компактного субтильного мальчика он превратился в Карлсона, в меру упитанного и самодостаточного мужчинку в расцвете сил, медленно с одышкой взбирающегося к себе всего лишь на третий этаж. Неузнаваемый. И всего-то сломанная рука, потом ковид-пневмония, потеря работы, и вот так человек окуклился, что я его не узнал. И растения все его на балконе подохли. А я свои все, даже зимостойкие, вчера затащил домой. Они все красивые, пусть зимуют дома в комнате, которую я держу закрытой, не отапливаю, а окно во всю стену закрыто белым полотном, создающим и летом зимний рассеянный свет, от которого растения будут стоять в дрёме, но не потеряют листья. Всего лишь занёс их домой, и они стали видеться огромными, и стало понятно, что они совсем не комнатные растения, не домашние, а раскидистые, уличные, дикие растения.
борьба с короновирусом

Женские портреты из двух городов

В обилии строительной графики и видов города вчера в Berlinische Galerie всё же иногда встречались человеческие портреты, но крайне мало. Вот два из, наверное, десятка всего бывших там. Один из восточного города, другой из западного.




борьба с короновирусом

Пустота в Берлине

Пустота хорошо отбомбленного города сохраняется и хорошо видна в берлинской графике и живописи и посейчас. Сегодня я был на вкуснейшей выставке Berlinische Galerie, да не выставка чего-то особенного, но раз в год примерно они полностью меняют всё, что развешено по стенам. Вот что я заметил с интересом: пустоту восточного Берлина, его нищету и серость, которые местами хочется разрисовать и заполнить и сейчас, его художники заполняли соцреализмом, чёткими, под линейку, линиями и углами, рисованием немногих улиц с новой архитектурой (тоже советской послевоенной московской и провинциальной), а художники западного Берлина заполняли как книжку-раскраску яркими пятнами, символами, коллажами (напр., как картина с Кеннеди), но всё по той же отбомбленности и пустотности, которые, впрочем, в западном городе ликвидировали быстро, но всякая архитектура вроде Корбюзье - она опять была о пустоте, которая была не хуже отбомбленной пустоты. Оба же послевоенных города поставляют очень сочную графику.

Collapse )

У меня получился больше западноберлинский репортаж: всё бликовало, это гиблое дело - фотографировать в Berlinische Galerie.
kerl

Юрген Витдорф, народный художник

Jürgen Wittdorf был в ГДР почётным художником, рисовал союз голых колхозницы и рабочего, вообще голых. А вообще он рисовал мальчиков и мужчин на берегах, в душевых, в туалетах, на работе, на прогулках. Но хотя он этого особо и не скрывал, это не интересовало правительство. Оно его награждало регулярно, исправно.

Collapse )

Я сегодня на его выставке присмотрелся: если бы не пара эрегированных членов на паре картин, там и скрывать нечего, ну моются парни в душе, сварщики, шахтёры и так далее. Однако же, ни одной его работы почти не могу я опубликовать в FB, чую, что забанят. Впрочем, попробую. Мне вот что пришло в голову на его выставке: его парни уже асексуальны. Это как Крапивин, это как "гомосексуализма в ГДР нет", а то есть, он не видим. Весь невидимый гомосексуализм Юргена Витдорфа можно найти в гугле.
борьба с короновирусом

Трудно отделаться от совр. иск-ва

У меня осталось два билета на всякие современные выставки, я пытаюсь их сдать, в обоих случаях спрашивают причину. Я говорю, что сыт современным искусством выше крыши и бесплатно. Они говорят: а у нас платно, отличие-то есть. Я говорю: помогите мне вернуть вам билеты, отличия нет, говно и то и то. В обоих случаях обиженно дамы нараспев кладут трубку, пропевая "ничем не можем вам помочь". Ничего, я помогу себе и сам, я же через PayPal покупал билеты на совр. иск-во.
борьба с короновирусом

Олдскул форева



Всё же нет, одна олдскудьница-железяка не сидела на ноутбуком, а на биеннале трудилась художнически, орудовала как в старые добрые времена. На её розовой футболке было написано ИСКУССТВО МОДА ГОВНО, а сама она занималась тем, что спокойно, в рабочем ритме, срывала со стены перед ней собственные работы и стригла их маникюрными ножницами в пыль. Это она, конечно, экспонат олдскульный, нужный, но заметна уже и прижимистость: не рвала кусками, а мешок перед собой демонстративно настригала ножничками. Вообще, надо сказать, беднеет то ли биеннале, то ли Берлин: раздаточного материала было мало, многие художники сидели без визиток, без открыток, без каталогов, и публику, как раньше, не нагружали сумками бесплатной полиграфии.