?

Log in

No account? Create an account

Категория: отношения

Секс с супермаркете, сломал паскуднику кайф

В магазине наткнулся на отвратительную, но частую сцену: один русак (часто это и турки, арабы, реже поляки, все ущемлённые как-то) завёл в дальний угол большого отдела полуфабрикатов выпечки, где никого не было, продавщицу и, еле карабкаясь на своём чудовищном немецком, стоит ей объясняет, что он аллергик, болен, всегда покупал вот эту смесь для самостоятельного хлебопечения, и вот её нет.

И вот её нет. Пустота. Трагедия. Непорядок. Где же порядок. Почему не завезли. Как так можно. Нельзя ли написать начальству? Подать сигнал, жалобу. Жалобу, Вы понимаете. Ну? Ну, как так-то? Ну?.. Вы понять можете или нет?.. Ведь разве нельзя быть внимательнее, ведь это же так просто, ну?.. Разве же трудно последить, вовремя поставить на полку, заказ сделать, ну?.. Видите же, что пустота на полке, вот она, видите? Ну так возьмите, позвоните, не знаю уже что, сходите тогда уже, возьмите, принесите. Ну?

Я слушал это рядом стоял минут семь уже, оно и до меня длилось минут сколько-то уже. Молоденькая продавщица-немочка была в ступоре, загипнотизирована ебаной статной русской паскудой под два метра ростом, падла, он как удав нависал над практиканточкой, тесня её своим вонючим немытым животом, гугнил, его еле можно было понять, тормошил ширинку, как-то по-особому сгибал голову так, что его шея совсем уходила в тело, вздымал руки над головой.

Я не выдержал, я вывел немочку-жертву из чар этого удава, как и самого удава, всю ничего не замечавшую парочку в углу из поморока суггестии задорной фразой "Привык, сука, в Московии у Стерлигова отовариваться?! Девушка, Вы его не слушайте, это безработная тварь, которая так развлекается, у него времени дохера, он на Вашем горбу мироед и сидит, у нас в Москве магазины были, там педерастов не обслуживали, так они сюда все переехали и портят нормальную кровь людям, как в том магазине".

Сволочь двухметровая с художническим портфелем на ремне как ошпаренная побежала по проходу, два раза только обернувшись мне в телефон, я их снимал.

shatny_zhene

Ясность

Я считал, что мой двадцати двухлетний китайский юноша, украшение моего дома, он совсем современный в мысле секса, думал я, что совсем по назначению прибыл он, таким образом, в Берлин. То есть, вот он встречается в день с двумя, с тремя парнями, и ещё на неделе происходит ротация и пара парней уходит, пара приходит новых, и всегда то он где-то ночует или у него кто-то. А оказывается, это всё такая современная особая братская любовь, и никакого секса. Секс, оказывается, теперь среди молодых людей в Берлине, он с отношениями должен быть. Они делают вместе уроки, ходят на спорт, один партнёр для спорта, другой кино вместе сидеть смотреть, третий для души говорить и пить чайниками кофе или чай, четвёртый для выходных, куда-то поехать, пятый учить язык, шестой сведущ в фотографии, седьмой музыкант и так далее. И никаких сексов. Спать вместе да, но секс-то зачем. С ума сойти.



Ладно, зато у нас есть парень, с которым мой китайский юный друг когда-то думает перейти уже к этому, к этому самому, ну, к отношениям. Жил у него неделю наконец-то, вчера вернулся, счастливый, это они попробовали жить вместе. Понравилось. К родителям парня ездили знакомиться на северный остров. Теперь и Р. ездит к нам с другого конца города ужинать и спать, сегодня был вот. И тут Ж. меня сегодня спрашивает, а как же теперь, уже пора или нет, как оно у немцев принято? А я его спросил, что же такое делается, тут табунами они ходят, велосипед ему пригоняют второй с собой (у нас плюс семнадцать второй день), ждут по полчаса у подъезда, спят с ним, дом у нас всегда цветами заставлен, букетами и в горшочках, парни письма бумажные шлют в конвертах особой бумаги и с красивыми марками по два, по три в неделю, рисуют его портреты, фотографируют огромным планом с большой и с малой зернистостью на древние фотопластины его глаза и его чудесный смех, печатают это постерами и дарят ему в гофрированных номерных тубах, спят с ним сграбастав его в руках и ногах вместе с его плюшевым постельным медведем-мешком, аккуратно подтыкают под него одеяло, если уходят утром раньше него, и что, всё никак неясно?!..

Да не. Оказывается, всё ясно, только секс неинтересен, но когда же принято. Ну, как, допустим, как принято, сначала суп или жаркое подавать? В общем, они лучше нас.



hund

Overlord

Классный фильм, впервые вижу подбитие самолёта изнутри (первые десять минут времени), сидишь внутри около стенки с солдатами, все летим помогать англичанам против гитлеровцев над огромным морем бесчисленных военных фашистских судов. О, такие чудесные переживания непосредственного единения с людьми.

Оглянулся и понял: а ведь мы тут все летим мужчины, вернее, падаем, и сердце ёкает, когда через пол прилетают снаряды или выстрелы разносят в кашу ещё одного товарища.

Подумал, что никогда не переживал такого с женщинами, с женщинами было мило, интересно, захватывающе интересно иногда, но вот так просто и понятно, так близко - нет, никогда не было. У нас с ними цели, что ли, разные.

Всем в этом самолёте в этих отлично снятых десяти минутах фильма я сопереживаю телом, их боль я знаю, где и как она, а вот с женщинами иначе, будто через какой-то трансформатор-переводчик всё идёт, через некую толику мыслей, отсрочку, нет непосредственности, например, будь это в этой катастрофе в этом самолёте. Понимание, взаимодействие с женщинами чем-то обусловлено, оно не непосредственно. Оно обусловлено избирательностью из сюжета спасения в катастрофе может быть.

Если в этом самолёте в этих десяти киноминутах прекрасно показано то, как избирательность утрачивается, и каждый парень чувствует другого лучше, чем кого-то ещё в жизни, только потому так хорошо чувствует, потому что другой оказался рядом и он такой же как ты сам, то будь это "Титаник", включилась бы линия морали, гендерной избирательности, а то и вообще вопрос кого бы спасти, допустим, сестру или мать, мать или жену, что в этом самолёте, набитом красивыми парнями, ну просто немыслимо.

Этот же прекрасный здоровый гомосексуализм я ещё отлично переживаю в командном спорте, интеллекте и в сексе.


Метки: ,

hund

Рак и мы, часть вторая - Марк

Более всего шокирующей обещает быть скорая смерть моего друга Марка. Хоккеист, высокооплачиваемый вратарь одной известной хоккейной команды, застенчивый человек Марк, математик и высокооплачиваемый программист, Марк вследствие своего увлечения хоккеем и застенчивости получил рак яичка, а потом быстрые метастазы, длиной в полгода, и сейчас уже не работают никакие терапии, все лишь замерли в ожидании.

С Марком мы познакомились поебаться. Как всегда, как произошли мои лучшие дружбы, связи, знакомства. Марк ебался поначалу анонимно, только в заброшенном парке по пути с работы домой, у него никогда не было времени на удовольствия вследствие его воспитания в одном маленьком, замечательном ГДР-городке на берегу красивейшей реки, теперь в центре национального экозаповедника в часе езды от Берлина на северо-восток. Потому в темноте, в дождь и в знойную ночную жару или в зимнюю стужу, он был всегда поначалу в маске и без имени два года, без лица, мы встречались, я ехал к определённому времени в тёмный парк на другой конец города, вернее, за город, всегда новое место в парке, всегда быстро.

Но потом необычно. Марку нравилось получить с ноги по яйцам или в живот, всегда сильно, чтобы он почти терял сознание, удар всегда как бы непреднамеренно, и тогда он в этот момент кончал. Потом и я расчухал этот охуенный секс, поняв, что хуй может быть клитором, большим, бесстыже разроссшимся, а яйца произошли из эмбрионального кусочка, который у женщин стал влагалищем и так далее. Туда далее, буквально если.

Марк, всегда такой восхитительно рациональный, свежий, ясный парень объяснил мне эту теорию ещё в маске в темноте четыре года назад, когда я его расспросил, что происходит, что у него вместо яиц-то, деревяшки или протезы что ли, и тоже был декабрь, предрождественские дни. Его яйца не чувствовали боли. Они сразу перефразировали её во взрыв удовольствия. Его шары можно было пинать и бить как грушу кроссовками и руками, они не страдали, он кончал только от этого, неважно, что было в прелюдии. И они всегда были здоровые, без следов пиздилова.

Да, для этого нужен хороший понимающий, что происходит, партнёр. Не думаю, что если вам ёбнет с ноги со всей дури по яйцам случайный человек с улицы, это будет приятно и не оставит следов. Это филигранный, крайне эмпатичный и осторожный секс. Сильный, игровой, весёлый, больше похожий на спорт. Партнёра для этого дела найти крайне сложно: редкий фетиш, практика, особенно когда все это почему-то понимают как садомазо (пиздят же типа, ну значит, это насилие, боль, подчинение, хотя, ахахахах, никакой боли там подавно нет, только безумное удовольствие), а ни Марк, ни я всех этих смешений секса, удовольствия с властью и страданием не понимаем (вернее, я понимаю, что да, это важно - проигрывать в режиме удовольствия, в постели, то есть, тоже, общественно магистральные линии, типа власти, подчинения как принципа жизни теперь в популяциях с групповым поведением, но мне неинтересно, скучно смешивать секс и власть).

Впервые он так кончил в пятнадцать лет, случайно, когда ему в эту тогда ещё не пизду наружу, а просто в развесистую грустную большую тройственную (два огромных красивейших тяжелючих шара, каждое из которых не помещалось в руку, и конский хуй) висячку в хоккейных штанах, прилетела шайба от парня на поле, в которого он был тайно влюблён, и шайба оказалась единственным способом контакта Марка и того парня, так оформился его фетиш.

Потом и я научился этому бешеному взрывному яичному удовольствию, взрыву в голове от удара по яйцам. Но я всего лишь любопытен плюс легко, охотно осваиваю удовольствия, свойственные людям, которых люблю. А Марк сидел на этом крепко. Тотально аутичный Марк. С постоянным чувством вины за это бешеное наркотической природы крайне аддиктивное удовольствие и секс.

Когда три года назад я нашёл ему наконец-то русскую бабу, которая согласилась ему в Америке родить ребёнка, год его (её) кормить грудью и потом за большие деньги отказаться от ребёнка и приезжать только четыре раза в год видеть дочку, он был счастлив. Он даже забросил яйцепиздилово. Он весь был погружён в счастье быть с ребёнком. Наконец-то его кто-то любил безусловно. Наконец-то можно было совсем никуда не ходить из дома кроме как на тренировки и на работу иногда.

Мы ебались тогда простецки классично, от души, утопая в эмпатии и ласке, и всё чаще без этого бешеного удовольствия. Марк и его забросил.

А потом ему нравилось уже то, что понять я так и не научился: кончать от ударов в живот и в грудь до обморока, а лучше до блевотины.

Он не кончал по три месяца, чтобы научиться кончать от пиздилова уже не по шарам, а в живот ногами.

И через полтора года обнаружился рак яйца.

Собственно, вся история.

Сейчас приехала русская московская мать, успешница, спортсменка и комсомолка, директор центра организации досуга, лектор по бизнесу. Занимается восстановлением родительских прав. Огромный стресс для Марка все эти коммуникации. Плюс поэтика размышлений, про смерть и прочий пафос, ему совершенно была всегда чужда. Но ему приходится вникать во всё это человеческое, слишком человеческое сейчас, когда на правой ноге болтается мешок с говном, а на другой ноге мешок для мочи, а его роскошные шары уже ампутировали.



Gorky

Да Адик был ёбнутый на всю голову!!!

Раскрытие сексуальных предпочтений Гитлера приносит двойное удовлетворение одновременно: 1) "вот, он и в сексе извращенец! что и требовалось доказать" - озвучивается публично; 2) "ух ты, я нормальный, ведь и у деда такое было, да и у всех великих", вариант: "ну, у меня то же самое, а ведь я не гитлер, а это значит, что нырять в пилотку или жрать говно и кончать от этого или чалиться с кормы - не опасно, одно с другим не связано - ох уж эта жёлтая пресса" - публично не озвучивается.



А вообще, в штаны, в тарелку и т.п. можно лазить с одной только целью: установление нормальности или ненормальности на свой вкус, а себя в качестве инстанции нормы, потому что нормы этих сфер жизни приняты за неприкасаемо неоцениваемые, эдакие заповедники приватности - но это тоже лицемерие, так как сфера секса, частной жизни наиболее жёстко нормирована, а потому грязное бельё и кто с кем ебётся - это всего важнее и интереснее, хотя в открытую нужно говорить иное, де, кому какое дело. И это лицемерие позволяет каждому чувствовать себя судьёй, как-то самостоятельнее, что ли.


Очень хорошая, регулярная игра в это обнаружение, кто как ебался. Полезная, здоровая, сплачивает, актуализирует нормы, каждого делает маленьким законотворцем.

Gorky

Швабода швабода

Ах как рунет начвакивает, насасывает это интервью об исключительно свободном духе Берлина, свободном человеке, редком даровании, "живущем по своим правилам", как о редком чём-то. Но это типичная берлинская доля: был инженером или доктором наук, стал проституткой, порноактёром, засрал все сайты знакомств своими ботами. Очень много, пугающе, таких деятелей кино там. Студенты там подрабатывают проституцией каждый пятый и каждая четвёртая, каждый второй не прочь по опросам. Но это подработки.

Сама депутатша из Бундестага написала книгу, как она в Берлине насосала на обучение и на квартиру, и нормально. А вот количество стабильно ушедших в проституцию взрослых людей в Берлине даже и неизвестно, сейчас хотя и ввели обязательную регистрацию в налоговой, но закрывают на это глаза. Ибо несть числа. При таких объёмах это не свобода никакая.



Интервью удручает даже не этим. А скудостью речи, узостью мышления, явной деградацией человека, удивительным сужением круга жизненных интересов, инфантильными взглядами на жизнь. Мозги девахи ссохлись от попперса, бутирата и метамфетамина капитально, что и говорить. Текст документ эпохи. И он тем, конечно, ещё интересен, что судьба этого человека подана как что-то исключительное, как его свободное жизнетворчество. И никого не удивляет, как это в такой продвинутой экономике, в такой стране быть проституткой интереснее, чем инженером.


Меня перетряхнуло от того, как потянуло в прекрасную свежую иорданскую ночь той самой ни с чем не перепутываемой слизью берлинских улиц, я называю это фирменное запашистое блестящее покрытие берлинских мостовых пиздотой.

Оно состоит из харкотины, соплей, анальной слизи, подтекающей из развороченных дупел таких вот творческих личностей из текста, из блевотины и собачьего говна, это многовековая биота, так как там ничего не промерзает и не просыхает никогда, и там не моют улицы! Вся спидовая трипперная слизь поганая тамошняя, она хуже, чем антибиотикорезистентная биота больниц. При этом берлинцы настолько инфантильны в массе, что не снимают обувь, заходя с улицы домой. Вот этой слизью, запахундрией и потянуло от фотографий, от беседы, от синтаксиса этого интервью.

beijing mummi

В России секса нет

Новый номер российского литературно-философского журнала "Логос" заявлен как номер о телесности и сексе. Телесность очень абстрактная вещь, окей, есть там, а секса вот там совсем нет, и тело и секс там рассмотрены только в рамках власти, насилия. Это очень скучно, конечно, и этот номер с этим сведением сексуальности и тела к власти, управлению, автоматизации производства и т. п. ещё одно свидетельство о том, что секса в России нет. Или есть, но он несознателен. Помню, в России писали про порнографию и проституток интенсивно в последние годы. Предельно невъезжантски, однобоко: порнография это эксплуатация, отчуждение, насилие, и какой только белиберды ни городили, обчитавшись "Ямы" Куприна, не замечая огромных трафиков народного творчества от души на порнопорталах, видосов счастья терабайтами. Не ведая о том, что проститутки униженные и оскорблённые это уже парии, недалекие вышедшие в тираж женщины, исключение и недоразумение, а основной массив проституции это за милу душу и без насилия, без эксплуатации делается. Как это утомительно, постоянная русская вхрястанность в вопросы насилия, власти. Всё стало тоньше, всё стало иначе и той легендарной проституции из-под палки больше нет. Другое многое из-под палки теперь есть. Например, тупая работа в офисе или написание статей в литературно-философские издания по лекалам суфражисток начала прошлого века. И как заебало уже это засилье левой идеологии. Она слащавая, официально властью любимая, и нашим и вашим, эта вся уютная левизна для маеты повышенного среднего класса, феминизм, коммунизм и порнография в исполнении задумчивых юниц из Вышки и МГУ. Деточки, познакомьтесь с настоящими проститутками, а не с уличными шалавами работниками, как вы говорите, секс-услуг, посмотрите нормальное порно, его навалом, где вы только нашли из-под палки и эксплуатационное, прекратите гнать морально устаревшую литературно-философскую проституцию и порнографию.

beijing mummi

Святое

А интересно у геев сложилось: пососушки и генитальный контакт вообще не повод для знакомства и какое-то даже безрадостное, вынужденное, анонимное занятие (как вспомню эти напряжённые лица траходромов, никакого счастья, смеха, так всё думаю ну зачем же так страдать, утомляться, рисковать здоровьем). А вот обнимашки у геев возведены в ранг величайшего блага, близости. Мечтой являются совместный сон и парное проживание (поиск любви у геев постоянен, пожизненное головомойство и несчастье). А секс как повинность какая, которую надо отрабатывать. Что-то здесь очень не то. Когда вижу на улице Free Hugs почему-то всегда хочется подойти и дать в рожу. Потому что это тот самый педерастический мир, умиление им, легитимация, где секс говно, а обнимашки и вечная неуловимая мечта и неудовлетворённость в порядке вещей.

beijing mummi

Однолинейность и простота

Почему многие люди запиваются? Почему их подминает что-то простое, одно, например, ночной простой унизительный жор? Или курение? Или тревожность? Или безличный секс и один навязчивый секс-сценарий, фетиш? Или спорт или труд? Что-то одно, что своей дубинной простотой способно вышибать, глушить всё другое. Что-то оттопыривается, выбивается из общей связности, довлеет всему остальному, одна линия. Как же так, зачем такое обеднение?

Наступают такие дезинтегративные процессы, по крайней мере, от усталости точно. Я подумал, что любая линия в психике обособляется, выпадая из общей связи, в силу того, что всё целое психическое здание пришло в упадок, расшаталось, например, от усталости.

И тогда она, какая-то линия, в психике, или в обществе, неважно, в какой связности, обособится когда, то она становится торчащей наружу, сама по себе, как прут из железобетонного каркаса или как наклонившаяся отвалившаяся стена у здания. Или люди начинают так по осени уходить в навязчивый счёт, навязчивые мысли, состояния, повтор довлеет новизне, потому что человек вымотал свои силы тревогой, ипохондрией. И он считает ступеньки или понемногу приходит от обычной вялотекущей шизофрении к королеве всех диагнозов - к торжеству параноидальной шизофрении, к борьбе с Израилем, с инопланетянами, с Путиным.



Итак, какая-то дезинтегративная тенденция, и многие линии обособляются, отскакивают, как секутся слабые волосы, и линии поведения живут сами по себе и одна, как правило, доминирует, торчит как, скажем, непонятно зачем вставший хуй (буквально проговаривая если это сравнение), как то происходит, например, с наркотиками и берлинской сексуальностью (под ней я разумею анонимный, случайный, экстатический секс с экстремальными секс-практиками по нескольку суток под веществами до истощения): сексуальность выплетается, вывязывается из общего каркаса личности, торчит почти что сама по себе, и поддаётся стимуляции уже не воспоминаниями, не настроениями, не симпатиями, не чем-то личным, а безликими сценариями порносцен, веществами, чем-то уже очень ограниченным и не ввязанным в изначально объёмную, вообще-то, всегда очень сложную, а не тупо по сигнальной логике показали картинку и хуй встал на крепкое тело с картинки (увы, у большинства так и работает, так примитивно... увы, наше общество загнало секс в туалеты, в святую простоту потребностей типа пописить покакать пожрать поспать, лампочка горит слюна течёт, и эта простота тупая считается за доблесть здоровья - святую простоту туалетов потом вывели на улицы под лозунгом защиты святой простоты, вменив всем известное опрощение).

Какая-то линия при общей разбитости, расхлябанности, ослаблении уже не оказывается ввязанной в игру психических сил, множественных линий, в чувства влюблённости, привязанности, симпатий, любви, то есть, чего-то сложнее, чем порносценарий (хотя он тоже "уже что-то": он, то есть, любое сексуальное действие, реализует всё же групповые установки, поведенческие позиции в игровой форме, с поощрением). И она довлеет всему, анестезирует, подавляет, зачищает, опрощает. Например, таков фашизм, таковы психологические тренинги, сектантские сообщества, много что, например, бешеная фиксация геев на сексе, на его физической стороне. Такая же ущербная природа, как у перечисленного в этом выбившемся из всего, довлеющем всему культе тела и сексуального кода.



Эта обедняющая вывязанность из общего ансамбля - это плачевно. Не только сексуальность может вывязаться. Как она вывязывается в Берлине у людей от безделья и от скуки от хронической тревожности по офисам (безбашенный экстремальный секс практикует в Берлине средний класс, с "хорошим образованием", разбирающийся в наркотиках, типовой офисный планктон, пять дней в неделю мающийся бездельем с скукой в офисе, а с вечера пятницы нахлобучивающийся говном, чтобы не спать 48 - 58 часов секса и принимающий руку по локоть в жопу, имеющий деньги на поездки за границу регулярно, на секс-фетиш-амуницию и на чтение соответствующей литературы).

Может в режиме этой ослабленности, дезинтеграции вывязаться линия чего угодно, например, еда, и тогда не найти и на неё оправданий, мотивов, управы, когда она превратится в приступы истерической жрачки по ночам, независимо от компании за едой, от вкуса еды, и важно только примитивное: количество и первичные вкусы (такова еда под травой или от сильной усталости, голода).

Резюмируя, сильные страсти - это вывязавшиеся из общей многоплановой регуляции части. Напряжения же, такие регулярные, но мало контролируемые, как, допустим, ночной жор или курение, выгодны целому быть не могут, так как обедняют его тем, что не приводят в движение всё целое.

beijing mummi

Деликатность

Вот, ко мне из Китая едет носитель литературного китайского языка плюс одного диалекта, который я тоже хочу знать, везёт сумку чая разных сортов от на повседневку до самых разных вкусов и стоимости на шесть килограммов и принадлежностей для каллиграфии на пять килограммов. Минимум всего этого должно хватить на полгода, включая носителя языка.

P. S. Мне нравятся китайцы, китайский язык, простота в общении, симпатия. Но никак не "отношения" и привязанность, хотя носитель языка и был отобран из более чем двадцати других носителей на основании своего доброго нрава, внешних данных, пола, взаимной симпатии. Это постскриптум для максималистов, считающих, что или любовь до гроба или секс - что-то обязательно опасное, охмурительное есть, сюжет острый есть в симпатии всегда, всегда видят кино в жизни, считают, что дружба женщины и мужчины невозможна. Влюблённость вовсе не ведёт к привязанности, а скорее, предполагается в ней всегда или смена объекта увлечения или постоянство именно в режиме интереса, увлечения, такое тоже бывает, хотя и редкость. Я животных в плане чувств, привязанности предпочитаю, крыс и шиншиллу. Люди давно симпатичны, интересны, и даже очень, но не более того. А секс не повод для знакомства, а скорее, наоборот, особенно если партнёр постоянный (тогда вообще лучше избегать даже его имя знать чаще всего). Спасибо, конечно, за пожелания и беспокойство, но я действительно предпочитаю живых людей картинам, статуям, фильмам, курсам языка, люблю, когда дома не атмосфера молчания, каковая была с квартирантами из Петербурга всегда, а лёгкая атмосфера, каковая была с итальянцем, испанцем, вьетнамцем, но не с немцем и не с петербуржцем, люблю деликатность, то есть, когда человек понимает дистанцию и границы, мера присутствия оговариваема и ясна всегда. Потому есть коридор, разделяющий три комнаты дома, а например, не одна комната на двоих. Ясность люблю во всём. Но понимаю, да, что традиционно (или в рамках придуманной в рус. лит-ре идентичности) паттерн симпатии связан с переходом её границы, желание сбегать за второй предполагается как знак чего-то хорошего, увлекательного, предполагается, что симпатия связана с головокружением, переходит к нему естественно, что существует "пришла любовь" (любовь в русской лит-ре всегда сама овладевает и чувства управляют человеком, а не человек ими), с длинными письмами безответно, звонками бывшим по пьяни и т.п.. Потому благодарю всех за их предостережения, хотя, конечно, и удивился им поначалу, не въехал, с чего бы это.