Category: семья

Ожидание гостя в русской культуре

Одна из невротичных припарок рус. лит-ры - тема уборки, хлопот в ожиданиии высокого гостя. Сама фигура высокого гостя. Фигура, хорошо хряснутая рылом в помои у Чехова, раньше не припомню, эрудиии не хватает, но у Чехова мне дороги профессора, напивающиеся до свинства, до уссачки, приехав к кому-то наконец-то в гости и разморившись (а хозяева уморившись от готовки, уборки, хлопот), они засыпают в собственном бреду, блевотине, свинятине, под столом. У меня в семье тоже эти хлопоты в ожидании гостя были, и много, пока я был ребёеком - это было очень нервно. Терпеть потому не могу гостей дом до сих пор. Амбивалентное гнусное, вернее, ощущение: и люблю, и мутит. Давно уже никогда ничего не убираю к их приезду. Но только недавно закончил бессознательно засирать горами свободное пространство к их приезду. Но до сих пор передёргивает хоть кому-то цветочек купить или чашки одинаковые достать к чаепитию. Сладости или чай хороший покупаю охотно, потому что самому нравится. А если кому нужна комната - расчищайте сами, пылесос в руки и вперёд, а полок, ящиков и так далее дома - надолго вперёд пустых хватит ещё.

Гонконгские репортажи

Плановая, раз в три месяца, поездка с мужем в его раз в квартал побывки дома (в Германии) по городам и весям, к семье и к друзьям, в рамках отпуска, отдыха, и к моей дочке вот сейчас, в одиннадцать утра уже едем, едва проснулись после вчерашнего ужина до трёх ночи дома в семье его брата в Касселе, а там у дочки тоже уже все будут к вечеру в одном кафе, её друзья придут, это вообще молодые зайцы на двадцать лет нас младше, они болтливы, политически слабо и однобоко подкованы, но интерес у Машиной юношески левацкой компании к политике всегда огромен, так что, предчувствую, устану я совсем сегодня.

И вот так, что так в этот раз везде первые полтора, а то даже и три часа это политическое ток-шоу о Гонконге, я этого никак не ожидал, потому что раньше, до Гонконга, никогда такого не было, но в этот раз так продолжится, как я понимаю, ещё до вечера пятницы, и всё это уже ритмизуется, и я уже подустал от этого жанра, чувствую себя разъездной агитбригадой, вторым космонавтом, который не полетел в этот раз, но тоже, вместе с Гагариным, рассказывает про полёт:

все со своих телефонов показывают видосы или, пересылая ссылку на новостной сайт друг другу, их смотрят, где М. в строительной каске и в забавных ярко-синих моих старых очках для бассейна, котррые я забыл в мае в Пекине, в марлевой маске или даже без неё ведёт прямые репортажи с улиц Гонконга под обстрелами полиции, все сразу могут показать репортаж, где он совсем без маски и без каски браво и с единичным, только в этот момент прорвавшимся, нервным смешком, отбивает на автомате, с жутким треском в эфире, микрофоном летящую в него газовую гранату, и после этого с мгновенно округлившимися от страха глазами, согнувшись, ссутулившись, пригнувшись уже максимально, продолжает прямой эфир.

Мне же как раз больше всего нравятся не этот и не другие геройские его репортажи, а такие, где, например, дела обстоят так: толпа внезапно вся единым движением двинулась, побежала, то ли от полиции, то ли на полицию,

и вот, не покидая кадра и едва понимая, куда, куда оно всё хлынуло, где сейчас будет линия фронта, где он окажется (несколько раз он оказывался как раз перед линией космонавтов вплотную а результате такого манёвра протестующих), побежал и он, с килограммовой камерой на селфи-палке перед собой в одной руке, с микрофоном перед собой в другой руке (оператор редкость, так как забросы из Пекина в Гонконг были срочными, внезапными, а ведь некоторые журналисты берут в толпу оператора, переводчика и ещё охранника),

и тогда, на этих негеройских сюжетах, мне часто бывает прикольно, смешно, так как он напоминает мне домохозяйку со своими бумажными сумками, внезапно на выходе из супермаркета по пути домой застигнутую дождём,

и вот она ускоряется, её сил не хватает смотреть по сторонам, укрывать сумки от дождя, она квохчет, глаза её от ужаса округляются, гроза настигает её, добивая сверху ударными шквальными порциями дождя, она бежит куда-то вперёд, да и вперёд ли? - нет, вернее будет сказать, что она бежит туда, куда и все, а сзади уже и не дождь настигает, но громко топает Годзилла, и пора бы бросить свои сумки с продуктами и бежать и орать дурниной как все,

но рачительная хозяюшка с лицом, запрокинутым вверх, не бросает ни одной сумки и пакетика, но как грузная курица быстро на своих коротких ножках семенит куда-то тревожно по течению вместе со всеми обитателями двора, квохчет, смотрит вверх в камеру на палке перед собой, тревожно и всё громче квохчет, озвучивая миру безумящее её положение дел.

Страшно, конечно, что вдруг по голове ему таки прилетит, отрадно, что и протестующие случайные люди его защищают, берегут, но и смешно, когда вдруг все побежали, и я побежал, и на ходу надо переориентироваться, продолжать эфир, не прерываться.

И он, конечно, красавец в кадре, сильный, стройный, смуглый, молодой истинный ариец, в красивой то в армейской, то в строительной, как придётся, каске с висячими болтающимися незастёгнутыми ремешками креплений по сторонам. Тем смешнее это уподобление только что солидно закупившейся домохозяйке, спешащей укрыться от дождя, пока не развалились бумажные пакеты.

И тем спокойнее, пусть лучше бегает вместе с толпой от полиции, и фитнес это, и безопаснее, чем эффектно отбивать газовые гранаты микрофоном, и рассказать из безопасного места можно больше и содержательнее.

Врачи в России полечили семью от гомосексуализма

В России явно не хватает закона об охране личных данных. Всё говно посыпалось на эту семью с того момента, как врачу в клинике Рошаля пришло в голову уведомить правоохранительные органы о своём подозрении на изнасилование ребёнка.

Далее в России история раскручена была помимо воли и ребёнка и родителя так, что месяц все детали жизни этой семьи как самая гадкая гнусь освещались будто как напрямую из документации, со стола полиции и этой клиники, как в сериале, в центральных СМИ в том числе.

В Берлине за такое если и не сели бы все участники этого "освещения", но выплатили бы немалые деньги семье за нарушение границ личной жизни, отвечали и физлица бы, и правоохранительные органы, и клиника, и журналисты.

Однажды, семь лет назад, один из моих в их длиной когда-то череде психотерапевтов написал мэйл лечащему меня психиатру с просьбой уточнить мой диагноз и схему лечения, они были знакомы по институту. Я отсудил в течение всего двух месяцев две тысячи четыреста шестьдесят евро за этот поступок у клиники, где был прикреплён этот психотерапевт нерадивый. За один внутренний мэйл, за коммуникацию без моего согласия о моём приватном - о моём здравии. Особая красота, симметрия всего того дела в те два месяцев была как раз в том, что они переписывались о моей агрессии, ну и вполне отведали её на своих неумных головушках.

А тут совсем именно что полный беспредел. Семью, детей хуесосят, извините, на всю страну два месяца, и они убегают. Потому что дальше травля переходит уже в брутальную агрессию машины, госаппарата, и дальше было бы совсем, видимо, показательное дело по защите палеолита, нашей родины и природных скреп (палеолит и природа-мать - фетиши современной России).

Сейчас семья, насколько я понял, в Берлине. Как хорошо! Жить надо только в Берлине. Здесь, помимо полной удобности жизни и доступности всего на свете на расстоянии пары станций неспешного метро, ещё и самые ушлые, самые охрененные адвокаты и всего-то по страховке-абонементу на их услуги (а тогда у меня и страховки не было, я был безработным, судился со всеми на свете, начиная от экс-фрау, интернет-троллей, с транспортными компаниями, с соседями, с церковью, чтоб не звонила мне по утрам под окнами как я в Нойкельн переехал, и перестала таки, и с государством - за счёт государства же, как безработный). Надеюсь, ребята этим воспользуются, чтобы как-то возместить причиненный им на родине ущерб.
beijing mummi

Окна нашего дома

С тех пор как Темпельхоф закрыли, с тех пор, как мы сняли здесь задёшево квартиру, и ещё до того, как наша улица оказалась включена в киношный хипстерпарадиз (северный Нойкёльн, прозванный Kreuzkölln-ом, теперь лакомый и внезапно ставший самым дорогим фрагмент Берлина, кусок вокруг, вдоль Reuterstraße - Reuterkiez), здесь, на этой улице, заселённой тогда сплошь турками (до Kottbußer Tor как раз этот кусок был окончанием "второго Истамбула"), на Аэровокзальной, прозванной за обилие лавок старья Trödelstraße (с нем.:"улица старья", здесь и сейчас каждая третья дверь - это магазин старья, торгующий на развес хламом, стекающимся сюда и утекающим отсюда в антикварные салоны Шарлоттенбурга потом, то же говнище, но там уже выставленное в витрины в 5 - 15 раз дороже, чем у нас), так вот, ещё тогда здесь происходили достойные кино события, потому улицу часто и снимали в детективах и в кино о ночном преступном проститутском и наркоманском арабском Берлине, и потому, в силу её славы, мы и смогли тогда снять квартиру задёшево, а через два дня после нашего переезда, в двери за пять метров направо от входа в наш подъезд, где была крохотная булочная с двумя чудесными сёстрами-палестинками, близняшками как из малой прозы Франца Кафки, вошёл их брат и завалил обеих сестричек из обреза, расхлестав по стенам булочной их мозги в пять утра (они открывали в пять утра, а уже с половины четвёртого запускали печь и пекли свежие булочки), так вот, уже тогда это была интересная улица. Остаётся она таковой и посейчас, когда всех почти турок вытурили, выдавили хипстеры, их осталось мало, их берегут (прежде всего Sozialamt, если это многодетные семьи, и родители полностью сидят на пособии, и дети, выселить их не получилось), а теперь основное здесь население - это, скажем так, интересные семьи вроде нашей (муж, я, моя регулярно приезжающая к нам в гости дочь, мой китайский мальчик на подселении в большой комнате), семьи однополые, трёхмерные, "полигональные" (как их называют в путеводителе по Нойкёльну для туристов в разделе почему-то "жилищная культура северного Нойкёльна, Laboratorium für новой культуры") и вообще хер знает какие семьи и новообразования "жилой культуры", семьи и "сообщества" также типа коммун из грёз Веры Павловны, так вот, уже тогда здесь было совсем интересно и никогда не скучно в плане жилой культуры.



На моей памяти, за 12 лет здесь, в нашем доме, только я что воочию застал, четыре раза выбивали окна изнутри. Я лично сам, тоже, недалече как в начале сентября, выбил окно на кухне, когда ко мне пришёл парень, директор общеевропейского государственно основанного института по оптимизации микроклимата на рабочих местах, и так чем-то нахерачился, чтобы потерять стыд и поведать мне наконец-то свои самые дичайшие, заветнейшие сексуальные фантазии (а именно, пиздить его ногами в кроссовках Nike Airmax, которые он специально к этому вечеру мне купил, в подарок причём, в живот с разбегу и по яйцам, пока он не сблюёт от боли и лучше до потери сознания, и тогда подрочить ему так, чтобы он кончил, но не от дрочки, а снова ногами в живот) через три года самого отвязного фантастического секса, так вот, он так чем-то нахлобучился, что упал на кухне, посинел и пожелтел, а сердце у него остановилось, и я испугался, не ожидал такого ужаса и захуярил с размаху в окно стулом, совсем как в фильме "Интердевочка", где мама ленинградской проститутки Алла Сергеевна, не выдержав позора, пустила газ, а подруга её пришла маму её проведать, а учительница русской литературы уже капец ей пришёл лапками вверх лежала на кухне тоже, и она табуреткой херакс в окно, выбила, (на ютубе вторая серия, с начала сорок девятой минуты),



так и я, только я не орал, а делал массаж сердца, искусственное дыхание, искал нашатырь, нашёл адреналин в ампулах и поставил ему в вену на виске максимальную дозу, так что он ожил от моего пиздилова ему по роже и от этого адреналина, я ему так бил по роже, что разбил часы об его башку, и скорая не понадобилась, а окно потом списал на шалости детей, чтобы страховка оплатила этот ужас, так вот, это было в четыре утра, а сегодня херакс в пять утра кто-то выхерачил тоже окно, но это турки, ссорилась многодетная молодая мать со своим мужем и отцом пятерых детей, выла половину ночи, плакала и молилась громко, и дети тоже выли, а потом кто-то тоже из них стулом запустил в окно, стул вылетел прям чуть ли не ко мне в окно спальни, а потом - уссаться! - вылетела следом и ёлка с гирляндами, которые так и горели, видимо, на батарейках, что ли, они были, мигали ещё во внутреннем дворе, когда ель вылетела.


А потом мать свесилась из окна и блевала, в полной тишине минуты две, только хрипела от рыгания и отчаянно громко плевалась своей блевотиной, и вдруг отключилась прям на подоконнике, свесившись наружу, а дети в этот момент и заорали, и через семь минут приехали аж три скорые, в Берлине всегда приезжает почему-то много скорых помощей на вызов. Вот такое утро.



А так-то у нас вообще-то тихо.
beijing mummi

Две свадьбы в июле: гомо и гетеро

На первой свадьбе, на которой я побывал в июле, в Норвегии, на одном острове, стёртом со всех карт, на закрытой военной базе, свадьба двух офицеров, я знал их ещё десять лет назад, приехав в Берлин, принцип гомо был выдержан в своей гомогенности совершенно эстетично: два молодца чем далее по жизни вместе тем более одинаковых с лица, всё так же, как и десять лет назад любят красное вино и ничего больше из алкоголя, а один раньше водку любил всё же, но то было раньше, держат дома всё того же шпица, только это новый, но один в один, всё тот же круг друзей из Берлина, новые из Норвегии прибавились, но держатся отдельно, принцип гомогенности выразился в наследовании прошлого в настоящее, прямая трансляция.

Вторая свадьба была гетеросвадьбой, на острове в Финляндии, весь остров заселён потомками основателя университета в Хельсинки, его первого ректора. Но какие разные люди! Все домики на острове разные, там есть ссоры и границы, на крохотном островке, и не приглашённые на свадьбу. Невеста из Уганды, студентка и журналистка. Жених финн, немец наполовину, внешность настоящего арийца из кинохроники будней СС, мелкий, блондин, мал да удал, яркие глаза, розовая кожа, ухватистый парень, а жена крупна, интересная пара, хотя они очень разные. Гости с трёх континентов. Апофеозом гетеро для меня стала дочка одного из родственников, одетая мальчиком, она ярко заявляла свою роль мальчика, подходила к отцу, он выпячивал пузо загодя, например, и она била ему в живот хуками как в грушу, все были рады, поощряли её известную уже всем мальчиковость, она ходила в чёрных брюках, в галстуке и в рубашке, вмешиваясь во всё на правах принимающей стороны, особенно вникала во все технические мелочи, руководила установкой музыки, гриль-аппаратуры, расстановкой столов, ей двенадцать или даже тринадцать лет, гетеропринцип для меня торжествовал и в её персоне: отличие уже от себя самой. Вообще вся свадьба была проникнута риторикой экспансии, развития, пролонгации финской семьи в Германию, в Африку, в Америку, в отличие от норвежской, в которой все радовались собраться вместе, обосноваться, семейный очаг и тырыпыры какие-то олдскульные ценности, воплотившиеся в браке двух немецких офицеров на скалистом северном острове вдали от всего супротив огромной финско-немецкой и теперь ещё и плюс угандийской семьи, тоже на маленьком острове, но рядом с Хельсинки, собственно остров всего мира, цитадель университета, риторики университета, просвещения, соединения гетеро, несоединимого, далёкого, самая суть академической коррупции на самом семейном верху:)

На первой свадьбе было с десяток гостей, ну два десятка, сложность с попаданием на базу к тому же. Но и это символично. На второй свадьбе было под три сотни гостей. На острове было не протолкнуться.


beijing mummi

Безлимит в Германии - это нечто сверх

Не успел я завести тяжбу с провайдером домашнего интернета (который по телефонному проводу, стекловолокно в Германии пока редкость), а только подготовил документы о том, что в нашем договоре никогда не стояло ограничение на 300 гигабайт в месяц, и брать по пять евро за каждые следующие 100 гигабайт неприемлемо, сегодня они прислали уведомление о том, что у меня будет безлимитный домашний интернет всё за ту же плату в 30 евро в месяц. Это O2. Я не знаю, я ли их убедил в отношении себя или кто-то всё же выиграл суд с ними или исполняются предсказания Ангелы Меркель о том, что к 2015 году 75 процентов немецких семей будет иметь интернет без лимита 5 мб в секунду (ага, щас).
soba4ka_lao

Бар в деревне

Среди институций лаосской деревни особое место занимает бар. Школа, храм, сельсовет и бар. Он же и магазин, он же парикмахерская, он же гостиница, магазин, оттуда же по деревне распространяется телевидение и мобильная связь. Место коммерции, если короче. На здании бара и надписи на английском, хотя деревня совсем не на туристическом маршруте. Я туда попал, так как очень хотел посмотреть свадьбу народа кхму. Застал деревню в режиме приготовления к свадьбе.



Collapse )

Смена поколений жильцов в доме по ул. Аэровокзальная

Дом делится на тех, у кого нет гардин, занавесок и т.п. на окнах, и на тех, у кого они есть. Последние - это старый актив дома, это турецкие семьи, матери которых выносят мусор в бурках и в чёрных перчатках, в их семьях по субботам порют детей, а также бьют-воспитывают жён (значит, любят - см. "Ребёнка бьют" З. Фрейда), это они проголосовали за вырубку деревьев во внутреннем дворе, и теперь там играют их дети, забивая голы в окна (так удобнее, спокойнее, чем если дети идут на классную новую детскую площадку прямо у дома).

Турецкие семьи жили здесь с тех пор, когда ещё работал аэропорт Темпельхоф, недалеко от дома, в самом конце нашей ул. Аэровокзальной, жильё было очень дешёвым, потому что над головой садились самолёты, а улица постоянно снималась в детективах как самая злачная улица Германии.

А теперь аэропорт закрыли, превратив лётное поле в самый причудливый парк, в котором стоят самолёты среди деревьев, а лётные полосы используются для скейтборда, ул. Аэровокзальная стала одной из самых дорогих улиц в городе, весь наш околоток стал моднейшим местом Европы, достопримечательностью, и поименован "Хипстерпарадизом" в путеводителях, турок стали вытеснять из домов молодые люди, живущие без штор и занавесок, а нормальная старая евангелическая церковь в неоготическом храме на соседней улице обновила витражи, сделав экспозицию о заповедях любви постоянной (внимание, там во все окна изображения однополой любви, сцены садомазосекса, но очень, да, красиво и церковно).

Сегодня произошёл конфликт между старым активом (семья из рассказа о субботе) и новыми (относительно) жильцами, о которых я тоже когда-то писал, это моё любимое телевидение, их окно, два турецких парня, которые целыми днями курят и дрочат (не снимая штанов) на балконе, мнут яйца с утра готовя завтрак или ужин и когда говорят по телефону, а говорят по телефону они долго, слоняясь по жилищу, а с пятницы по вечер воскресенья они чаще всего совсем без одежды, часто приглашают к себе третьего, а также четвёртого и пятого, и вся эта бурная, но спокойная, типично жизнерадостная, геевская (то есть, фиксированная на сексе) жизнь видна через три их окна второго этажа всему дому.

Сегодня семья, в которой порят по субботам, не вынесла этого великолепия и вызвала парням полицию. Ой, что было, сколько крику с обеих сторон. Мать, которая в бурке мусор выносит, додумалась снимать их окна на телефон, а это уже преступление и есть, она очень расстроилась, узнав это прямо от полиции, а парни, как я понял по крикам, написали на неё заявление, чтобы не дрочила на чужие окна, снимая видео попутно. В то время как парни никому хуёв вставших не демонстрировали (порнографией и сексуальным актом считается нагота только с эрегированным пенисом), вяло подрачивая через треники они как всегда проводили свои чудесные молодые безработные беззаботные дни, мандили с двух ноутбуков других парней по ёбсоцсетям из окрестностей, и те приходили весь день к ним на кастинг.

Пока у порядочной турецкой традиционной семьи сегодня в три часа дня не отстрелило башку от этого праздника жизни, неизменного, кстати, зимой и летом, постоянно и круглые сутки. Кстати, я вот всё думаю, откуда у людей такое агрессивное отношение к сексу, и вообще восприятие секса неспокойное такое. По сути, секс это массаж. Со стороны так точно и выглядит. Массаж, груминг, пососушки, обнимашки, какие-то набухшие отростки в набухшие отверстия вставляют, стоны, выгибоны все эти, смех и грех, да и только, нет же, надо из всего этого архаичного детсада, из такой смешной душевной обоюдной милой возни писиков и мохнаток делать драму. Ну да ладно. Эти люди, с такими неспокойными взглядами на взаимодействие людей и со шторами на окнах всё равно вымирают уже.

В общем, такой вот конфликт не то чтобы поколений у нас на районе типовой, но такие проблемы всё ещё встречаются. На встречу антагонистов смотрели все жители дома, и те, кто занавешивает окна, и кто нет, открыв эти самые окна, чтобы лучше было слышно.

Но в спальне у меня гардины всё же имеются!

hund

Прописи

Страсть к мазохизму сильна у постсоветского населения. Придыхание к прописям, к примеру. Мол, сейчас кроме клавиатуры они, гадёныши, ничего не знают. Хм. А я так криво писал! Я не мог писать прямо. Меня наказывали много за чистописание. И когда я писал, у меня тряслись руки, потому что я старался писать прямо, боялся, что снова родители будут бить. И ещё так же у меня в первом классе за два месяца зрение упало с совершенного на минус четыре сразу! Хотя в семье ни у кого никогда и среди прапрадедушек-бабушек очков не было. Итак, писать красиво я не умел. Зато я умел ссать на стенку до потолка, за это меня уважали и не убили совсем. А теперь я пять лет назад стал писать от руки по своей воле, пишу много сам себе в блокноты, мне нравится, и почерк хороший. Когда вся эта мерзость депрессий и других следов насилия прошла. И даже если здесь написано прямо и красиво, я не думаю, что этот ребёнок счастлив был. Он лишь хорошо анестезирован и не сильно наказан был. А буквы писать рядами одни и те же - бессмыленное занятие, приучение себя к подневольной бессмысленности.




У меня отец стоял с ножом, буквально, у меня у горла и говорил: что хрипишь, не плачь, сосредоточься, читай не по складам, а слитно. А то зарежу, раз ты такой тупой, нам тупые не нужны в семье.

Он просто пельмени часто делал, садил меня ему рядом читать и уроки делать, потому нож часто был рядом с книгами. Я очень чуток к языку и вообще к разным материям вырос умственным.
hund

Рождение сексуальности из духа семьи Ебейкиных

Видя отца, которого мать поливает грязью, трудно захотеть унаследовать мужской гендер. Видя мать, которую этот поливаемый отец ответно очерняет, - трудно потом полюбить женщину. И вообще захочется только послать всю эту семейку ебейкиных подальше и никогда больше не прикасаться к их драматургии. Остаётся доверять только себе на таком поле боя. Зеркалу. А там - такой же как ты. Ты там и есть, а никаких ролей матерей и отцов, то есть, полов, то есть, семейки ебейкиных там нет. И ищешь ты контактов только с такими как ты, с подобием себе, так как больше твоя психика при общении с зеркалом ничего не принимала ни за конфеты, ни на веру. Это и есть гомосексуальность: половые роли игнорируются, отношения строятся не с полами, эти роли не важны, мир подобий проще, гомогеннее, что ли, устойчивее тем самым, нет войны.

Фрейда-мизантора утомляла не сексуальность вообще, а сексуальность, намертво припаянная к полу (к гендеру, точнее сказать, то есть, к отношениям, определяемым произведением потомства), таких грязных, уничижительных высказываний о семье и такой мрачной картины человеческих отношений, замешенных как любовная межполовая драматургия и как семья, эта конструкция поощрения и сокрытия тяжкой необходимости репродукции, я не встречал ни у кого больше, и такой усталости от этого, как у Фрейда. Разве что только у себя.

Это взбесительно и безответственно, что современные психотерапевты до сих пор на голубом глазу, совершенно серьёзно, могут оперировать фигурами отца, матери, внутреннего ребёнка и так далее пользовать эту гниль (семью), пытаясь якобы восстановить в психике якобы здоровую семью в голове пациента, вместо того, чтобы насовсем выкорчевать из бедной настрадавшейся головы остаточные гнилушки-трупы этой компании.