Tags: этика коммуникации

Спор и согласие как коммуникативные стратегии - Германия и Россия

Спорить не принято даже у немцев, окончивших университет. Кажется, как раз там учат не спорить, а сглаживать. Контакты устанавливать (Kontakte knüpfen). Сейчас все боятся спорить и ссориться. Спорить и ссориться сейчас - это роскошь.

Я был воспитан ещё в советское время и в советском университете - я люблю, не боюсь спорить и ссориться. Всегда чувствую себя потому с немцами не в своей тарелке, чувствую себя так, будто пытаюсь возвыситься над ними, выказывая привольную манеру дискуссии, свою способность и готовность искать разницы, разногласия, готовность спорить и наплевательство на стяжание контактов.

Мир разницы прекраснее, разнообразнее, интереснее мира сходства, серости, схожести, аналогичности, единомыслия. Но позволить себе пестроту мира разницы может только высший класс. Нижние эшелоны ориентированы на сходство, адекватность, исполнительность, субординацию. Очень тяжело мне потому с моим русским характером и воспитанием среди немцев. Очень уж немцы ориентированы на не выносить сор из избы, на установление и сохранение контактов, на вась-вась, на личные связи, на блат, на то, чтобы идти наравне.

А мне это всё говноплетение и корпение над продвижением себя и внимание к тому кто как пердит в диван или пукает и кто что думает про кого - ужасно скучно. Меня готовили спорить, биться за правду, покорять космос, отстаивать свою позицию, придумывать постоянно противоречивое и новое. С детского сада готовили. Я сын учёного и врача, дитя элиты, готовившееся для элиты же. Тоже сказывается.

Сказал сегодня прилюдно одному мальчику, модному фотографу из Пренцлауэрберга, что он неправ и смешон, что являясь климатическим активистом, он летает по миру, чтобы снимать на камеру последствия климатической катастрофы. Он ведь сам делает своими перелётами "тепловой след" неслабый. И что он неправ, купив электромобиль, потому что электромобиль чист в Берлине, но оставляет грязный след в Польше, в России, в Чехии, где для выработки электричества для него используются уголь, газ и даже торф.

Слово за слово и я настроил против себя треть парней из нашего лагеря на выходных в Темплине. Климат - больная тема для немцев. А меня угораздило им сказать, что атомная энергетика чище любой угольной и ветряковой, даже считая выбросы и человеческие жертвы при авариях. Сказал ещё, что сейчас "климатическая катастрофа" - пока что не более чем периодическое планетарное явление и погрешность, связанная с планетарными ритмами, которым уже миллиарды и минимум миллионы лет.

На картинке скучный Пренцлауэрберг, наравне идущие поезда метро. Сегодня вечером я уже буду снова в дождливом, скучном Берлине. Который всего за два дня стал осенним. А было лето и жара ещё в пятницу.

hund

В Европу без риска для жизни

Теперь будут вывозить беженцев на самолётах в Швецию и Германию. Активисты уже собирают деньги на оплату чартерных рейсов, юридически дело прояснено, также и организационно. Оказывается, авиакомпании не всех пускают на борт, принимая решение сами, так как на них лягут расходы по отправке пассажиров обратно, если те не будут иметь визы. Но закон таков, что если сделаны все возможные действия по установлению личности и установлены небезосновно по месту проживания условия статуса беженца, то авиакомпания не должна брать на себя расходы по возвращению пассажира в страну вылета, а сам он вправе уже в аэропорту подать заявление на предоставление убежища. То есть: если бы и авиакомпании осуществляли бы хоть какую-то, но добросовестную, проверку правомочности претензий пассажира на предоставление убежища, то они бы уже сняли с себя финансовые риски и не должны были бы возвращать пассажиров с такими запросами. То, что авиакомпании требуют визу - это только их инициатива, подстраховка от возможного риска по отправке пассажира назад. Теперь за беженцем будет стоять неправительственная организация, но её усилий будет достаточно, чтобы заявление было рассмотрено по месту прибытия, так уверяют стартаповцы. Да и самим беженцам теперь будет проще и легче: вместо 2.000 € только за место в лодке, а потом ещё транспортные расходы в Европе, теперь беженцы смогут прибывать в желаемый город всего за 200 - 300 €, к тому же, без риска для жизни. Об этом и пишет серьёзная газета, интервью с основательницей этого дела.



Петиция правительству ФРГ и Ангеле Меркель за организацию воздушного моста между Сирией и Германией.

Мне очень симпатична эта идея, чтобы самолётами беженцы летели. В нашей культуре слишком много идей риска, они, причём, как-то табуированно не проговариваются, меж тем, риск есть везде, но как само собой разумеющееся. И масса предрассудков связана с риском, случайностью, от того, что настоящая любовь должна случиться сама, посетить, пострадать и т.д., до того, что риск как раз и оплачивается, но риском назван редко, а постоянно наша культура изворачивается в перекладывании оплаты рисков и в переформулировании случайности с ответственность. В идее с беженцами на самолёте эта подразумеваемая и умалчиваемая мерзота и стыд (то, что за всем стоит "а ты сначала выживи, порви жопу, а потом мы посмотрим, чего твоё дело стоит" - так случай, риск превращены в очень нестабильную, черным налом всегда, валюту, всеобщий блядский эквивалент, проверку на вшивость) получают своё отличное ясно устанавливаемое содержание. Без сюжетики выстраданности мальчиков мордой в воде и жопой кверху, без всей священности игры бога в море с Ионой.
Jruesse aussem Kiez

Что такое работа политика?

Шпеер был для всего ближайшего окружения Гитлера человеком порядочным, не заинтересованным в интригах, так как у него было "не-политическое занятие", не очень-то связанное с интригами потому (строительство и техническое осуществление вооружения), также он был всем им там тем, кому можно поплакаться, плакались ему чаще всего потому только Гитлер, старые офицеры-честняги и женская, очень маленькая, часть придворных. Все сильные фигуры пробовали использовать Шпеера когда-то как радиобудку и телефон доверия при Гитлере, но Шпеер не передавал их сообщения предсказуемо, чем и заслужил себе репутацию чистого человека-инженера.

Так вот, последние месяцы этой охреневшей тусовки в Берлине были таковы, что кто-то (вернее, большинство) уже точно знал, как и где ему умирать, и скорее помирать придется поскорее, чем попозже, счет прямо шел на дни по убывающей,

а кто-то имел еще будущее в глазах остальных, тех, кто уже без будущего был, "в гостях у фюрера в бункере, задержавшись в этом прижизненном могильнике насовсем", как мрачно замечает пришедший туда просто напоследок со всеми попрощаться человек с будущим - Шпеер.

Так вот, что меня особенно притянуло новизной к книге Шпеера - это то, насколько он глубоко описал свою тусовку как психологически, так и социотипически, но не как болтушка Ольга Чехова, у которой вообще-то так и прет просто как она вообще-то была счастлива все эти платья, мужиков, меха и новые авто в подарок иметь, и не как на манер героических саг, как писали советские офицеры воспоминания, а написал Шпеер интереснейше новое общество, новую коммуникацию, новое видение, существование властной системы в срезе ее верхушки.

То есть: нет, не было там точной субординации сверху донизу и наоборот. И второе: не было там часто и ответственного лица, проводника реальности в этот прекрасный аквариум интересных рыб верхнего слоя воды.

То есть: они в последние месяцы уже и не спрашивают друг друга, а ты куда, когда все накроется пиздой, а ты, а ты как будешь, и даже и Гитлер это забывает спрашивать у них, они просто каждый своей дорогой, кто с будущим, кто без. Атмосферы страха там не было и на закате, да и в начале тоже. Кроме как по каким-то основным вопросам и положениям друг к другу.

Нет, конечно же, никакой демократии там не было и состязательности в верхушке. Но и Гитлер не был для них кем-то великим и ужасным. За ним за каждым стояла его работа, и она, а не Гитлер, легитимировала положение человека в этой компании во многом, хотя и не совсем.

У Гитлера тоже была своя работа. Все так хотят видеть постоянно его РАБОТУ. Но видят только бесконечные ужины, до шести утра, а потом завтраки с десяти утра, тоже бесконечные, и как будто не понимают, что это и есть его работа - наводить политику, чуять, куда тусовка кренится, куда дует ветер.

А ожидают они от него совсем не этого, а типа как будто он есть медиум, который соединит всю их тусу с реальностью, принесет им кусок кайфа на их честно заработанные деньги.

Так что при Гитлере остались только люди, которым вообще кроме честности и веры в свою работу ничего для легкости было не нужно. Как Шпеер. Ну а кто выдумывал Гитлеру занятия по конвертированию всей этой прелестной возни в реальность - он находил такую как раз работу, и подальше от себя. К сожалению, да, избавиться этой хипстерской престарелой тусовке от мрачных личностей вроде Геринга и Бормана не удавалось. Они их постоянно ссорили, мутили воду, тянули в интриги, в политику. Кто-то же должен осуществлять поставки реальности.

159585_original